Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

Татьяна Никишина. Мой личный бой за Севастополь

... или как по дороге с пляжа не стать участником антироссийского митинга.

Казалось бы, тема присоединения Крыма и Севастополя к РФ давно уже набила оскомину, и все вопросы этого процесса неоднократно обсудили. Для адекватных граждан РФ Акт Воссоединения стал закономерным финалом борьбы крымского народа за возвращение домой, и его правомерность и необратимость не вызывает сомнений. Но не тут-то было! Кое-кому эта тема до сих пор не даёт покоя! Расскажу случай, который произошёл со мной и моей подругой совсем недавно, в начале июля, в одном из "пляжных" районов Севастополя.




Плакат художника Бориса Заболоцкого (borya_sibiryak)



Collapse )
promo mikhael_mark december 26, 12:52 8
Buy for 10 tokens
Как известно, одним из главных аргументов тех, кто категорически выступает против передачи храмовых зданий верующим, является ограниченность финансовых ресурсов у Церкви и отсутствие понимания "всей всемирно культурной ценности этих старинных памятников". В итоге, делается вывод,…

Вот бы эту сказку сделать былью!




После Крымского референдума этот плакат стремительно разлетелся по всем патриотическим блогам и сообществам. Время от времени постят его и до сих пор, вспоминая ставшие уже историей события. Но никто почему-то не обращает внимания на одну странную деталь (я сам её заметил только сегодня).

Обратите внимание, с какой стороны Русский Медведь смотрит на Крым! А смотрит он на Крым с севера, из-за Перекопа. То есть - с территории, занимаемой ныне нацистской Украиной. С территории, где русские объявлены расово-неполноценными и подвергаются тотальному геноциду. То есть, посыл плаката для вдумчивого наблюдателя таков: Крым может действительно спать спокойно под охраной Русского Медведя только в том случае, если вся Украина будет присоединена к России, если с майдавошками и бандеровским нацизмом будет покончено раз и навсегда (как это наверняка произойдёт, если на любого из бандеровцев сверху плюхнется медведь).

Пора, давно пора кончать с бандитским недогосударством к северу от Крыма. Пора сносить установившийся после Майдана преступный режим и ликвидировать его ручных и не очень ручных боевиков, регулярно проникающих и в Крым, и на территорию материковой России с террористическими целями. Только когда территория Украины будет надёжно взята под русский контроль, только в этом случае Крым действительно станет спокойной здравницей и зоной историко-патриотического туризма, а не прифронтовой полосой, нашпигованной вражескими диверсантами. И только тогда мы действительно сможем любоваться Крымом как подлинной жемчужиной в русской короне. Как регионом, который первым возвысил свой голос в защиту унижаемого русского имени, против поднимающего голову неонацизма. Как регионом, в котором пробились первые ростки Русской Победы.

Красноречивый документ за подписью Антона Деникина






По приглашению инициативной группы представителей военных русских организаций Нью-Йорка, я сделал закрытое сообщение на тему «Мировая война и русская военная эмиграция», в котором коснулся некоторых тяжелых страниц жизни нашей военной среды за последние смутные годы. Это было необходимо, потому что пораженческая проповедь Ваша и Ваших сотрудников оставила еще неизжитые следы, потому что в нынешней еще более запутанной политической обстановке ошибки недавнего прошлого, в той или иной форме, могут повториться, и потому что она стоила жизни многим русским людям.

Собрание было действительно закрытым, и ни один отзыв о нем ни в американской, ни в русской прессе не появился.

Второе сообщение мое на тему «Пути русской эмиграции» было общедоступным, и в нем я почти не касался РОВСа, в частности, ни разу не упомянул Вашего имени.

Со слов Ионова Вы пишете, что Деникин «обрушился на РОВС, задел Вас, генерала Миллера, В., А., 3., Л. Всех обругал, никого не похвалил»... Что не похвалил - это верно. Не за что было. Что «обругал» - неправда. Я только цитировал, большей частью даже не резюмируя, приказы, воззвания, информации руководителей РОВСа. И, если они вызвали негодование в тех, кто не потерял русского национального самосознания, то это вина не моя. Я борюсь не против людей, а против ложных и преступных идей. Не удивительно, что ни Вы, ни Ионов ни одним словом не обмолвились за что именно я «обрушился» на РОВС. А ведь в этом вся суть.

И раз Вы предали гласности послание Ионова, мне приходится восполнить этот пробел в вашей «информации».

Разбирая неясную политическую ориентацию РОВСа перед войной и, прочтя, между прочим, один документ, я сделал вывод: «это письмо свидетельствует, что генерал Миллер, в противоположность некоторым своим помощникам, не считал возможным спасать Россию «какой угодно ценой», и что РОВС до войны не входил ни в какие обязательства к немцам.

Началась война. Вы отдали приказ 1 сентября 1939 г.: «Чины РОВСа должны выполнить свое обязательство перед страной, в которой они находятся, и зарекомендовать себя с лучшей стороны, как подобает русскому воину». Что касается принявших иностранное подданство - это дело их совести. Но призывать служить одинаково ревностно всем - и друзьям и врагам России -это обратить русских воинов-эмигрантов в ландскнехтов.

Советы выступили войной против Финляндии. Вы «в интересах {якобы) русского национального дела» предложили контингенты РОВСа Маннергейму. Хорошо, что из этого ничего не вышло. Ибо не могло быть «национального дела» в том, что русские люди сражались бы в рядах финляндской армии, когда финская пропаганда каждодневно поносила не только большевиков в СССР, но и Россию вообще, и русский народ. А теперь уже нет сомнений в том, что при заключении перемирия Ваши соратники, соблазнившиеся Вашими призывами, были бы выданы Советам головой, как выдают теперь «власовцев».

Допустим, что это были ошибки. Всякий человек может добровольно заблуждаться. Но дальше уже идут не ошибки, а преступление.

Челобития Ваши и начальников отделов РОВСа о привлечении чинов его на службу германской армии, после того, как Гитлер, его сотрудники и немецкая печать и во время войны, и задолго до нее высказывали свое презрение к русскому народу и к русской истории, открыто проявляли стремления к разделу и колонизации России и к физическому истреблению ее населения, - такие челобитные иначе, как преступными назвать нельзя.

Пропаганда РОВСа толкала чинов Союза и в немецкую армию, и в иностранные легионы, и на работу в Германию, и в организацию Шпеера, вообще всюду, где можно было послужить потом и кровью целям, поставленным Гитлером. Уже 23 апреля 1944 г., когда не только трещали все экзотические легионы, но и сама германская армия явно шла к разгрому, Вы еще выражали сожаление: «даже к участию в «голубой испанской дивизии» не были допущены белые русские... Для нас это было горько и обидно»...

Но самое злое дело - это «Шютцкор» - корпус, сформированный немцами из русских эмигрантов, преимущественно из членов РОВСа в Югославии, подавлял сербское национальное восстание против немецкого завоевания. Тяжело было читать растопчинские афиши главных вербовщиков и «горячее пожелание всем сил и здоровья для нового подвига и, в случае, для поддержания зажженного генералом Алексеевым света в пустыне», но быть может праведные кости генерала Алексеева, покоящиеся на сербской земле, перевернулись бы в гробу от такого уподобления.

У Вас не могло быть даже иллюзии, что немецкое командование пошлет «Шютцкор» на Восточный фронт, ибо оно никогда такого обещания не давало. В результате почти весь «Шютцкор» погиб. Погибло и множество непримиримых русских людей не только от злодейства чекистов, но и благодаря ненависти, которую вызвали в населении Югославии недостойные представители нашей эмиграции. Русскому имени нанесен был там жестокий удар: и тогда, в 1944 г. Вы охладели к «Шютцкору», «из которого стали уходить и хорошие элементы», но было уже поздно.

Ваши устремления направились на РОА, или так называемую «Армию Власова». И в то время, как несчастные участники ее, попав в тупик, проклиная свою судьбу, только и искали как вырваться из своей петли, Вы с сокрушением писали: «нас не допускают в РОА, но, во многих случаях, даже ограничивают наши возможности общения с ними».

Все указанные обстоятельства должны были бы побудить руководителей отойти в тень, в забвение... Между тем, в распространяемом письме встречается такая изумительная фраза:
«В такое время, когда РОВС остался единственной (!) русской национальной организацией, не скрывающей своего отношения к советской власти и Белому делу, против него устроена атака одним из основоположников Белого движения». Я должен сказать прямо то, чего не сказал в своих сообщениях: РОВС, руководители которого запятнали себя предательством русских интересов, как русская организация более не существует.

Как видите, мне было бы чрезвычайно легко печатным словом дать свое освещение «информациям» РОВСа, но это могло бы отразиться плачевно на судьбе его руководителей, находящихся в щекотливом положении и на свободе, и в лагерях...

Теперь, в свете раскрывшихся страниц истории, невольно встает вопрос, что было бы, если бы все призывы руководителей РОВСа были услышаны, все намерения их были приведены в исполнение? Только недоверие немцев и пассивное сопротивление большинства членов Союза предохранило их от массовой и напрасной гибели.

Вот те мысли, которые были высказаны мною на закрытом собрании, почти щадя Вас, и которые, по словам генерала Ионова, вызвали «общее негодование лучшей части Белого воинства против генерала Деникина». Позвольте мне не поверить ни Вам, ни генералу Ионову.

После четверти века небывалых в истории испытаний, уцелевшее русское воинство, раскиданное по всему земному шару, в большинстве своем и «в лучшей части» сохранило русский дух и русское лицо.

Ваше превосходительство! Когда-то, в роковые дни крушения Российской империи, я говорил:
- Берегите офицера! Ибо от века и доныне он стоит верно и бессменно на страже русской государственности.

К Вам и к тем, что с Вами единомышленны, эти слова не относятся.


(С) Антон Иванович Деникин, генерал-лейтенант, главнокомандующий ВСЮР.
Из письма А.П. Архангельскому, написанного в 1946 году


__________________________________________________________________
Collapse )

Борис Павлов - о большевистском терроре

Борис Павлов - юный участник Гражданской войны (на момент вступления в Белую Армию ему не было ещё и 14-ти лет), боец знаменитого Партизанского генерала М.В. Алексеева пехотного полка. В эмиграции Б. Павлов оставил очень интересные воспоминания о Гражданской войне. Но что побудило 13-летнего мальчика взять в руки оружие? Наверное, вот эти факты, о которых он рассказал сам. Оригинал здесь.




Алексеевец Борис Арсеньевич Павлов.
Фото сделано в эмиграции, в 1920-х годах.

Collapse )

Встречный бой на Чонгарском полуострове

22 апреля 1920 года Яков Александрович Слащов дал одно из самых тяжёлых своих сражений за Белый Крым. В отличие от предыдущих боёв, когда Слащову важно было удержать плацдарм, на который Деникин мог бы при необходимости эвакуировать армию, в конце апреля 1920 года вся белая армия уже находилась в Крыму. Однако армия эта после Новороссийской катастрофы находилась в плачевном состоянии, многие полки прибыли без оружия, артиллерия и пулемёты также были утрачены. И пока Врангель приводил свои войска в порядок, необходимо было обеспечивать безопасность Крыма.





Герой обороны Белого Крыма Яков Александрович Слащов



Весь апрель после Новороссийской эвакуации красные перебрасывали части с освободившегося кавказского направления к крымским перешейкам. Установившаяся тёплая погода давала им возможность, перейдя перешейки, организовать вторжение в Крым, угрожая Тюп-Джанкойскому и Таганашскому участкам обороны. Поэтому Слащов решил не дожидатья большевистского наступления  и своими силами занять Чонгарский полуостров. Успех этой операции, по мнению Якова Александровича, мог бы убедить большевиков в силе Белой Армии и удержать их, хотя бы на время, от активных наступательных действий.

Силы, которыми располагал Слащов, были невелики. В его распоряжении находилась бригада 13-й пехотной дивизии численностью 500 человек, 8-й кавалерийский полк численностью в 300 человек и батальон юнкеров в 120 человек. Тем не менее, Слащов отдал приказ бригаде 13-й дивизии перейти в наступление, одновременно занявшись починкой железнодорожного моста через Сиваш. Если бы этот мост удалось вовремя починить, то на берегу Сиваша имелось несколько заблаговременно построенных веток-тупиков, позволявших белым бронепоездам маневрировать, а не стоять друг другу "в затылок". Поскольку у Слащова в распоряжении имелось 4 бронепоезда, это давало бы ему огромное преимущество в артиллерии. Но закончить починку моста за ночь ему и его людям не удалось.

Collapse )

Непраздничная Пасха во врангелевском Крыму

Интересный рассказ обретается в воспоминаниях генерала П.Н. Врангеля о том, как Белый Крым встречал Пасху в 1920 году. Пасха в том трагическом году пришлась на 29 марта старого стиля, то есть - на 11 апреля по новому календарю.







"Приближались дни Светлого Праздника. Как мало напоминали они такие же дни минувших годов тихой русской жизни; весна была в полном разгаре, церкви полны молящихся, но не было обычного предпраздничного радостного ожидания. Цены страшно росли, продуктов не доставало, все жили под гнетом грозного будущего. В страстную пятницу я исповедывался, на следующий день приобщился. После заутрени в соборе, разговлялся в офицерском собрании лейб-гвардии Казачьего полка, несшего гарнизонную службу в городе. Полк этот был один из немногих, где сохранился старый офицерский состав. Большинство сотенных командиров командовали сотнями еще в германскую войну.

В первый день праздника 29-го марта я принимал поздравления представителей иностранных миссий и высших чинов, а вечером на яхте командующего флотом "Лукулл" вышел в Ялту. Я наметил посетить ряд городов, чтобы на месте ознакомиться с нуждами населения.

Мы прибыли в Ялту 30-го утром. На дебаркадере приветствовали меня целый ряд депутаций от сената, городского самоуправления, Красного Креста, прессы и т. д. Приняв депутации, я проехал в городской собор, где, прибывший со мной, епископ Вениамин отслужил молебствие, затем в гостиницу "Россия", где в большом зале присутствовал на торжественном заседании сената, после чего принимал целый ряд лиц. Тут же в гостинице "Россия" обществом помощи чинам Добровольческой армии был устроен завтрак. Днем я осматривал расположенные в Ялте лазареты и санатории.

На следующее утро я вернулся в Севастополь" (конец цитаты).

_____________________________________________

Collapse )

К 100-летию Новороссийской катастрофы.

100 лет тому назад, в ночь с 26 на 27 марта (т.е., с 13-го на 14-е) 1920 года, сильно поредевшая белая армия Юга России покинула Новороссийск и эвакуировалась в Крым. Борьба генерала А.И. Деникина во главе Вооружённых Сил Юга России против большевиков подходила к концу: вскоре после прибытия армии в Крым Деникин добровольно сложил с себя полномочия главнокомандующего и отбыл в эмиграцию, передав власть Врангелю. Во время Новороссийской эвакуации значительная часть воинов ВСЮР не смогла погрузиться на пароходы. Часть этих героев попала в плен к большевикам, часть отошла на Туапсе, часть рассредоточилась в приморских районах Кавказа и начала партизанскую борьбу против большевиков. Не эвакуированы из Новороссийска остались и многие гражданские беженцы, опасавшиеся оставаться под властью большевиков. Очевидцы описывают пронзительные сцены, как старые, видавшие виды офицеры, убивали собственных жён и дочерей, спасая их от бесчестия, а потом кончали с собой, так и не получив вожделенного места на пароходе. Поэтому эвакуация Новороссийска и осталась в истории русской Гражданской войны под названием Новороссийской катастрофы.






Картина советского художника Ивана Владимирова, изображающая Новороссийскую катастрофу,
хорошо показывает весь ужас беженцев, рискующих остаться на растерзание большевикам.





В наши дни нередко приходится слышать мнение, будто в Новороссийской катастрофе главная вина лежит на самом главнокомандующем ВСЮР Антоне Ивановиче Деникине. Это мнение базируется не только на личной неприязни его авторов к Деникину (а нередко - и к Белому Движению в целом), но и на суждениях некоторых непосредственных современников и участников событий. Так, П.Н. Врангель, в своё время предлагавший Деникину отступать не на казачьи области, а в Новороссию и оттуда, сухим путём, в Крым, считавший свой план способом сохранить от разгрома наиболее боеспособные соединения ВСЮР, с издёвкой пишет, говоря о Новороссийской эвакуации: "Главнокомандующий находился в Новороссийске на цементном заводе, под охраной англичан. Жена его прибыла в Константинополь и остановилась в русском посольстве. Передавались слухи, что генерал Деникин, видя неминуемый развал и гибель армии, заявил, что "Новороссийска не оставит и пустит себе пулю в лоб". Однако, вскоре стало известно, что 14-го Главнокомандующий на миноносце оставил Новороссийск. Ставка перешла в Феодосию", - в таких интонациях, как будто Деникин бежал из Новороссийска одним из первых, бросив войска на произвол судьбы. Врангелю вторит Яков Слащов, герой обороны Крыма, человек, сохранивший от большевиков этот последний плацдарм Белого Движения. "Время шло. Началась кошмарная новороссийская эвакуация, - пишет он, - при которой Деникин бросил свою армию на произвол судьбы и на милость победителя. Сам он совершенно пал духом и ни к чему не годился; имя его произносилось с проклятиями. Между тем, обратим внимание на дату, указаную Врангелем: 14 марта (Врангель, как и Деникин, использует в своим мемуарах старый стиль) Новороссийск уже был захвачен красными. Деникин покинул город одним из последних.

Что ж, 100-летие новороссийской катастрофы - прекрасный повод разобраться с обвинениями, выдвигаемыми против Деникина.


Collapse )
Поубивал бы

Как Яков Слащов с орловщиной покончил

Организуя зимой 1920 году оборону Крыма от наступающих красных войск, генерал Яков Александрович Слащов столкнулся с одним крайне неприятным явлением, способным полностью парализовать действия воюющей армии. Я говорю о восстании в тылу белых войск капитана Орлова. Орлов, сколотивший вокруг себя крупную банду дезертиров, терроризировал население Крыма, совершал разбойничьи набеги на крымские города, а главное - пытался арестовывать чиновников белой администрации. И всё это под предлогом "более эффективной борьбы с большевизмом". Слащову удалось этот мятеж успешно нейтрализовать, причём сделать это малыми силами.







Генерал Яков Александрович Слащов-Крымский
на фоне крымского городского пейзажа.


Collapse )

О телеграмме генерала А.П. Кутепова

23 февраля 1920 года А.П. Кутепов, командир Добровольческого корпуса, в который белое командование оказалось вынуждено свернуть Добровольческую Армию после поражений под Орлом, Курском и на Донбассе, отправил главнокомандующему ВСЮР телеграмму следующего содержания.





Александр Павлович Кутепов





«События последних дней на фронте с достаточной ясностью указывают, что на длительность сопротивления казачьих частей рассчитывать нельзя. Но если в настоящее время борьбу временно придется прекратить, то необходимо сохранить кадры Добровольческого корпуса до того времени, когда Родине снова понадобятся надежные люди. Изложенная обстановка повелительно требует принятия немедленных и решительных мер для сохранения и спасения офицерских кадров Добровольческого корпуса и добровольцев. Для того чтобы в случае неудачи спасти корпус и всех бойцов за идею Добровольческой армии, пожелавших пойти с ним, от окончательного истребления и распыления, необходимо немедленное принятие следующих мер, с полной гарантией за то, что меры эти будут неуклонно проведены в жизнь в кратчайшее время. Меры эти следующие:

1. Немедленно приступить к самому интенсивному вывозу раненых и действительно больных офицеров и добровольцев за границу.

2. Немедленный вывоз желающих семейств офицеров и добровольцев, служивших в Добровольческой армии, в определенный срок за границу, с тем, чтобы с подходом Добровольческого корпуса к Новороссийску возможно полнее разгрузить его от беженцев.

3. Сейчас же и, во всяком случае, не позже того времени, когда Добровольческий корпус отойдет в район станции Крымской, подготовить три или четыре транспорта, сосредоточенных в Новороссийске, конвоируемых наличными четырьмя миноносцами и подводными лодками, которые должны прикрыть посадку всего Добровольческого корпуса и офицеров других армий, пожелавших присоединиться к нему. Вместимость транспортов не менее десяти тысяч человек с возможно большим запасом продовольствия и огнеприпасов.

4. Немедленная постановка в строй всех офицеров, хотя бы и категористов, которые должны быть влиты в полки Добровольческого корпуса и принять участие в обороне подступов к Новороссийску. Все офицеры, зачисленные в эти полки и не ставшие в строй, хотя бы и категористы, не подлежат эвакуации, за исключением совершенно больных и раненых, причем право на эвакуацию должно быть определено комиссией из представителей от частей Добровольческого корпуса.

Collapse )

Антон Деникин. Новороссийская катастрофа и трагедия генерала Романовского


Антон Иванович Деникин



Оглушенная поражением и плохо разбиравшаяся в сложных причинах его офицерская среда волновалась и громко называла виновника. Он был уже назван давно — человек долга и безупречной моральной честности, на которого армейские и некоторые общественные круги — одни по неведению, другие по тактическим соображениям — свалили главную тяжесть общих прегрешений.

Начальник штаба главнокомандующего генерал И. П. Романовский.

Collapse )
(С) Из кн. "Очерки Русской Смуты".
Источник.
Об Иване Павловиче Романовском подробнее здесь.