Михаил Маркитанов (mikhael_mark) wrote,
Михаил Маркитанов
mikhael_mark

Categories:

Рейд в бессмертие

Продолжение. Начало здесь.

Мы оставили Константина Константиновича Мамантова после его неудачного наступления на Царицын, после которого Мамантов со своим 1-м корпусом Донской Армии вынужден был отступить под ударами кавалерии Будённого, но оттянул на себя значительные силы красных, что позволило Врангелю успешно овладеть "Красным Верденом". Падение Царицына позволило Деникину провозгласить "Московскую директиву" - приказ о походе Вооружённых Сил Юга России на Москву. В этом походе у Донской Армии была своя задача: овладеть Воронежем и развивать наступление на Москву через Рязань и Елец, изолируя от большевистской столицы главный на тот момент цент военной промышленности - Тулу. В связи с этой задачей командование Донской Армии приняло решение сформировать новый, 4-й Донской конный корпус, в который свести отборных казаков из трёх фронтовых корпусов. Этим казакам предполагалось дать отдохнуть в тылу, предоставить лучших коней, после чего корпус превращался в главную ударную силу армии. Командовать этим элитным корпусом назначили Мамантова, что было логичным, учитывая имевшийся у него богатый опыт рейдовых операций.






Константин Константинович Мамантов




22 июля (4 августа) 1919 года 4-й Донской корпус появился на фронте и атаковал позиции красных. Пять дней продолжались бои, окончившиеся победой Мамантова: большевистский фронт был прорван, и казачьи полки устремились на оперативный простор. О знаменитом Мамантовском рейде по красным тылам в августе - сентябре 1919 года я уже писал, повторяться особого смысла не вижу. Ущерб, нанесённый Мамантовым большевистским тылам был огромен, а появление крупной массы белоказачьей конницы в своём глубоком тылу большевики восприняли как непосредственную угрозу своей власти. Борьба с Мамантовым на какое-то время стала главной темой приказов красного командования своим войскам. Тем не менее, ни окружить и разгромить корпус Мамантова, ни разложить его красным так и не удалось. 19 сентября 1919 года корпус успешно вернулся к своим.

Врангель впоследствии несправедливо обвинял Мамантова в нарушении воинской дисциплины, расценивая его рейд как "прямо преступный". Тем не менее, хоть Мамантов и отклонился от задач, поставленных ему командующим ДонАрмией Сидориным, углубившись в красные тылы куда дальше, чем первоначально планировалось, решение, принятое Константином Константиновичем оказалось правильным: мамантовский корпус нарушил всё управление Южным фронтом красных и сорвал планировавшееся наступление против донцов. Не случайно возвращение Константина Константиновича на Дон стало поистине триумфальным. Более того: донская пресса всерьёз писала о том, что Мамантов мог бы взять Москву своими силами, если бы не категорический приказ командования ВСЮР возвращаться. Безусловно, наступление Мамантова развивалось успешно, встречая поддержку населения, собранные большевиками против него резервы, преимущественно насильно мобилизованные, генерал распускал по домам, а взамен создавал антибольшевистские отряды самообороны. Однако не забудем, что ни в одном из этих городов по итогу белая власть не удержалась. Даже если бы Мамантов и занял Москву - одним корпусом удержать столь огромный город было бы проблематично, сам же Мамантов быстро оказался бы в окружении, что неизбежно закончилось бы его разгромом. Жертвовать лучшим из донских кавалерийских корпусов Деникин, по понятным причинам, не желал - потому и отозвал Мамантова из рейда.



Казаки Мамантова уходят в рейд. Фото 1919 года.





Во время рейда Мамантов неизменно был среди своих казаков. Лично ходил в атаки, дважды был ранен и контужен, большую часть рейда проделал с трещиной в ноге. Столь же лично Мамантов выступал перед народом в освобождённых городах, сам же допрашивал захваченных пленных, стремясь досконально вникнуть в обстановку. Понимая важность симпатий населения в Гражданской войне, он не только распускал по домам новобранцев, насильно мобилизованных красными, но и раздавал населению деньги и товары, конфискованные у большевиков.  Константин Константинович рассчитывал разжечь в красном тылу массовое антибольшевистское восстание, что стало бы серьёзным подспорьем белым армиям, наступавшим на Москву. Этого ему сделать, увы, не удалось.

Сам же Мамантов полагал, что отзыв в тыл его корпуса был вызван стремлением Деникина обеспечить главную роль в победе своей "родной" Добровольческой Армии. "Когда "снежная красавица" войдет в Москву, - говорил Мамантов, - пусть она не забудет Дон, который, может быть, и не сможет вместе с Добровольческой армией войти в Москву. Когда же Дон Иванович явится туда истерзанный и в рубище, пусть ему будет приготовлено почетное место среди тех, кого он лелеял на своей груди". "Снежной красавицей" Константин Константинович, вслед за П.Н. Красновым, назвал Добровольческую Армию. Впрочем, Мамантов по-прежнему был далёк от какого-либо "казачьего сепаратизма". Возможные обиды казаков на Добровольческую Армию и её командование беспокоят его. До конца своих дней Константин Константинович оставался убеждённым сторонником единства белого фронта.



К.К. Мамантов (крайний справа в первом ряду) с командованием Донской Армии.



В конце сентября 1919 года 4-й Донской казачий конный корпус, выпестованный Мамантовым, ушёл в новый рейд. Правда, командовал им  уже не Мамантов - Константин Константинович в это время выступал на Донском Войсковом Круге. В октябре того же года он прибыл к своему корпусу и принял участие в неудачной для белых Воронежско-Касторненской операции, действуя совместно с корпусом А.Г. Шкуро. Отстоять Воронеж н удалось. В течение 2 - 8 ноября 1919 года Мамантов со своими казаками несколько раз переходил в контратаки, но превосходство большевиков в силах оказалось подавляющим. Под ударами конницы Будённого корпус Мамантова отошёл к Старому Осколу. Шкуро не смог удержать Касторное. Для белых армию Юга России начиналась полоса неудач.

Впрочем, война продолжалась, и Деникин вовсе не собирался капитулировать. Главнокомандующий ВСЮР решил образовать в рядах Добровольческой Армии крупную кавалерийскую группу, силами которой нанести удар во фланг наступающей от Воронежа группировке большевиков. Ядром конной группы, по замыслу Деникина, должен был стать корпус Мамантова - отборный, с лучшими конями и во главе с одним из самых талантливых кавалерийских командиров на Белом Юге. К трём с половиной тысячам донцов Мамантова присоединили тысячу кубанцев. Правда, к этому времени от 4-го Донского казачьего корпуса, по сути, оставалось только славное имя. Казаки были измотаны непрерывными боями, среди них свирепствовал тиф. В ещё более плачевном состоянии находились кубанские казаки, под влиянием пропаганды самостийников массово бросавшие фронт и расходившиеся по домам. Эта печальная ситуация усугублялась личной неприязнью к Мамантову, которую испытывал П.Н. Врангель, назначенный командовать Добровольческой Армией. Врангель, с которым Деникин также связывал серьёзные надежды, обусловил принятие должности отставкой Мамантова, с чем Деникин в конце концов согласился.

На смену Мамантову был назначен генерал С.Г. Улагай, давний соратник Врангеля по боям за Царицын. Пока же он не прибыл, Мамантов должен был оставаться во главе конной группы. Однако в условиях всеобщего отступления и стремительно развивающегося прорыва конницы Будённого Врангель смог установить связь с Мамантовым только к 14-му декабря 1919 года. Спустя четыре дня корпус Мамантова двинулся в наступление под Купянском, атакуя превосходящие его численно силы красной пехоты. В иных обстоятельствах успех этой атаки мог бы возвысить Мамантова, но Врангель уже всё решил, не дожидаясь исхода операции. В разгар наступления (!!!) Мамантов получил приказ об отрешении от должности "за преступное бездействие".




Генерал К.К. Мамантов за планированием боевых операций.





Константин Константинович был оскорблён. Не дожидаясь прибытия Улагая, он подал рапорт о болезни и выехал в штаб Донской Армии, телеграфировав генералу Сидорину: "С переходом конной группы в подчинение Добровольческой Армии я заменен генералом Улагаем. Учитывая боевой состав конной группы, я нахожу несоответствующим достоинству Донской Армии и обидным для себя замену меня, как Командующего группой, без видимых причин лицом, не принадлежавшим к составу Донской Армии и младшим меня по службе". Сидорин и донской атаман А.П. Богаевский поддержали Мамантова, назвав поступок Врангеля "бесцельным оскорблением славного донского генерала". Деникин внял доводам разума и восстановил Мамантова в должности, передав 4-й Донской конный корпус в состав Донской Армии. Оскорблённому Мамантову Деникин писал: "Генерал Мамантов должен командовать корпусом, руководствуясь благом Родины и отметая личное самолюбие". 23 декабря Мамантов вернулся к своим казакам, вызвав безудержный восторг последних, а Улагай и намеченный Врангелем в комкоры кубанские генерал Науменко, так и не успев вступить в должности, отбыли в Екатеринодар.

В конце декабря 1919 года генерал Мамантов со своим корпусом принял участие в обороне Ростова и Новочеркасска. 31 декабря 1919 года Мамантов отбил несколько атак красной кавалерии в районе Провальских заводов, а спустя два дня перешёл в наступление, отбросив красных к северу, освободив хутора Варваровский и Медвеженский и захватив 6 орудий и 12 пулемётов. Две дивизии красной пехоты оказались наголову разбиты мамантовцами. Константин Константинович всецело реабилитировался, доказав, что по-прежнему может успешно наступать и бить большевиков, что бы там ни говорил про него Врангель.
Однако в ночь перед Рождеством нового, 1920 года, две дивизии красных, обойдя противника с флангов, заняли Новочеркасск. Взятие войсковой столицы вынудило белоказаков начать общее отступление. Опасаясь, что корпус может быть окружён, Мамантов отвёл его за Дон по льду возле станицы Аксайской. Было 9 января 1920 года.

Этот эпизод, пожалуй, стал самым печальным эпизодом в полководческой биографии Мамантова. Дело в том, что командир 1-го корпуса Добровольческой армии А.П. Кутепов просил Мамантова прикрыть правый фланг Добровольческой Армии во время отхода и перейти Дон вместе - у Ростова. Однако Мамантов отказался это делать, ссылаясь на усталость казаков и опасность переправы по неокрепшему льду. Мамантова можно понять - как командир корпуса, он в первую очередь отвечал за сохранение своих бойцов. Однако в условиях боевых действий порой приходится идти на жертвы во имя общего дела. По сути, Мамантов, спасая своих бойцов, предал Добровольческую Армию. Лишь мужество белых добровольцев и воля генерала Кутепова позволили армии избежать разгрома и организованно отойти. Но Ростов остался в руках большевиков.





Александр Павлович Кутепов





За Доном Добровольческая Армия была сведена в корпус под командованием А.П. Кутепова. Донская Армия также подверглась реорганизации. Количество частей и соединений сокращалось (в первую очередь - чтобы поставить в строй чинов расформировываемых штабов и обозов), части, понёсшие сильные потери, сводились воедино. В результате корпус Мамантова получил пополнения. Теперь в его составе было 12 тысяч бойцов - как когда-то во время боёв за Царицын. В кругах белого командования скоро вызрел план реванша за Ростов и Новочеркасск. Составной частью нового наступления стал план очередного конного рейда, составленный Мамантовым. Красные в ходе наступления сильно растянули свои порядки, и Константин Константинович обратил внимание, что в центре большевистского фронта имеется слабое место. Он предложил создать новую конную группу на основе его 4-го Донского конного корпуса, прорвать центр красных и  затем развивать наступление на Ростов и Новочеркасск. В случае успеха этот план сулил не только возврат контроля над Областью Войска Донского, но и разгром по частям красной конницы.

Командовать этой операцией, правда, Мамантову уже не пришлось. Его неожиданно вызвали в штаб Донской Армии, откуда делегировали в Екатеринодар, на заседание Верховного Круга Дона, Кубании и Терека. Мамантов передал временное командование корпусом генералу А.А. Павлову и выехал в Екатеринодар, даже не догадываясь, что эта встреча его с казаками 4-го Донского корпуса - последняя. По дороге Константин Константинович заразился тифом, в Екатеринодаре чувствовал себя плохо, однако, держался. Выступая на Круге, Мамантов много говорил о необходимости едининения фронта и тыла, о мобилизации всех сил казачества на отпор большевикам. Круг устроил ему овацию. Окрылённый, Мамантов отбыл к войскам - и на обратном пути простудился. К тифу прибавилось воспаление лёгких. В тяжёлом состоянии генерала отправили в Екатеринодарскую больницу, к нему вызвали жену, проживавшую к этому времени в Новороссийске. Там, в Екатеринодарской больнице, генерал Мамантов пал жертвой большевистского заговора, существовавшего в санитарном отделе Донской Армии. 1 февраля 1920 года Мамантов, отравленный фельдшером-заговорщиком, скончался. Жена генерала не сумела предотвратить покушения.




Генерал К.К. Мамантов незадолго до смерти.





Екатерине Васильевне так и не удалось вывезти гроб с телом супруга из Екатеринодара. Фронт рушился, и останки Мамантова так и остались в Екатеринодарском соборе на поругание большевикам. Остатки 4-го Донского корпуса Мамантова были вывезены в Крым, где продолжили борьбу. Свято хранившие заветы своего командира, они не допускали и мысли о сдаче большевикам. После падения Белого Крыма семья Мамантова эвакуировалась в Болгарию, затем переехала в Югославию.

Tags: Белые, Вечная память, Гражданская война, История Отечества, Казачество, Константин Мамантов
Subscribe

Posts from This Journal “Константин Мамантов” Tag

promo mikhael_mark december 26, 2019 12:52 8
Buy for 10 tokens
Как известно, одним из главных аргументов тех, кто категорически выступает против передачи храмовых зданий верующим, является ограниченность финансовых ресурсов у Церкви и отсутствие понимания "всей всемирно культурной ценности этих старинных памятников". В итоге, делается вывод,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments