Михаил Маркитанов (mikhael_mark) wrote,
Михаил Маркитанов
mikhael_mark

Category:

Хамская выходка с печальным финалом

Оставление белыми войсками и правительством Омска, как и опасался адмирал Колчак, едва не привело к крушению всего восточного белого фронта, и лишь героическими усилиями генерала Каппеля, найденного в самый последний момент, полного крушения удалось избежать, и фронт стабилизировался за Байкалом. На железной дороге безраздельно хозяйничали чехи и Жанен, чинившие откровенный произвол в отношении своих недавних русских союзников. А по городам Сибири начались военные бунты: ослабевшая власть со всё большим трудом удерживала контроль над стремительно разлагавшимися войсками. А 7 декабря 1919 года на станции Тайга генерал А.Н. Пепеляев остановил поезд верховного правителя и в категорической форме потребовал от Колчака отрешить от должности генерала Сахарова, которого Анатолий Николаевич обвинял в измене Белому Делу и сдаче Омска. Одно это уже представляло из себя вооружённый бунт против командования, немыслимый в условиях войны. Однако Пепеляев пошёл ещё дальше, потребовав от Колчака созыва Сибирского Земского Собора и наделения его законодательными полномочиями. По сути, речь шла об отказе от военной диктатуры и о возвращении к состоянию до 18 ноября 1918 года.





Анатолий Николаевич Пепеляев в белогвардейской форме образца 1918 года.




Понимая, что Колчак, будучи идейным сторонником военной диктатуры, на уступки добровольно не пойдёт, Пепеляев, по свидетельству историка П. Зырянова, решил подкрепить свои требования военной силой - егерской бригадой, артиллерийской батареей и бронепоездом. Не годная для обороны Омска против красных, армия Пепеляева оказалась вполне пригодной для силового давления на собственного главнокомандующего - и тому были свои причины. Пепеляев, сочувствуя партии эсеров, смотрел сквозь пальцы на присутствие их агитаторов в рядах вверенной ему армии. Многие офицеры его армии, по причине идейной близости к командарму, также были эсерами. И всё было бы ничего, пока армия наступала: идейная спайка способствовала боевому духу и слаженным действиям. Но беда состояла в том, что эсеры требовали демократизации, в то время, как верховный правитель стоял за диктатуру впредь до окончания Гражданской войны и определения будущей судьбы России Национальным Собранием. И как только на фронте начались неудачи, эсеры тут же использовали их как повод для дискредитации верховной власти [1]. Теперь же Пепеляеву предоставлялась возможность путём открытого шантажа добиться принятия эсеровской программы. Кто и каким образом будет претворять её в жизнь в условиях стремительного продвижения вперёд Красной Армии, ни Пепеляева, ни стоявших за его спиной эсеровских демагогов не волновало. По существу, Сибирский Земский Собор с широкими законодательными полномочиями был лишь удобным лозунгом, чтобы будоражить неокрепшие умы недовольного населения.

8 декабря в поезд верховного правителя прибыл недавно назначенный премьер-министром колчаковского правительства Виктор Пепеляев [2]. Виктор Николаевич, угрожая отставкой, потребовал от Колчака немедленной отставки Сахарова и назначения суда над ним "за измену Белому Делу". Угроза была более, чем действенной: запертому в четырёх стенах собственного вагона на Транссибе, не имевшему стабильной связи ни с городами, ни с войсками, Колчаку было проблематично найти новую кандидатуру на пост премьера. Между тем, по водворении в Иркутске, на что Колчак ещё продолжал надеяться, нужно было хоть с кем-то организовывать власть, налаживать хоть какой-то быт населения и хоть какую-то экономическую деятельность.

Братья Пепеляевы действовали согласованно. Так что угрозы отставкой со стороны премьера подкреплялись силой 1-й армии Пепеляева, занимавшей обширный район в треугольнике Томск - Тайга - Новониколаевск. У Колчака же под рукой были лишь несколько сот штыков личного конвоя. Впрочем, Александр Васильевич и сам понимал, что братья отчасти правы: Сахаров, обещавший отстоять Омск, в итоге оказался бессилен выполнить эту задачу [3], чем сорвал планомерную эвакуацию Омска. В итоге огромное количество военных грузов в бывшей белой столице стали добычей большевиков.



Виктор Николаевич Пепеляев, последний премьер-министр колчаковского правительства


По сути, единственным, что заставляло Колчака колебаться, была форма, в которую братья облекли своё требование. Боевой офицер, Александр Васильевич не привык уступать шантажу. Однако, и противостоять армии Пепеляева-младшего в случае её бунта Колчак возможности не имел. Поэтому он заявил о своей возможной отставке с передачей всех полномочий Деникину.

Однако такой расклад не устраивал братьев. Деникин был известен как столь же ретивый приверженец идеи военной диктатуры, как и Колчак. Причём никаких рычагов влияния на Деникина у них не было. А значит, с любимой погремушкой эсеров - с демократизацией - приходилось прощаться на неопределённый срок. Поэтому Пепеляевы отвергли отставку верховного в категорической форме и продолжили свои переговоры.

В это время на станцию Тайга прибыл поезд генерала Сахарова. Тот немедленно явился с докладом к Колчаку, но, обнаружив в его купе Пепеляевых, вспылил и потребовал доклада "без посторонних". Колчак за эту возможность ухватился и попросил Пепеляевых уйти. Предложения, с которыми явился к нему Сахаров, однако, повергли адмирала в шок. Сахаров требовал - ни больше, ни меньше - преобразования пепеляевской 1-й армии в корпус и подчинения её командованию 2-й армии. И это - под дулами пушек пепеляевцев и под штыками пепеляевских егерей!

"Хорошо, - выдохнул Колчак. - Только я перед утверждением этого приказа хочу обсудить его с Пепеляевыми. Это моё условие".



Константин Вячеславович Сахаров

Пепеляевы тотчас явились. Едва услышав, о чём тут шла речь, Анатолий начал горячиться и кричать, что "армия этого не допустит". Спор грозил перейти в грандиозный скандал, Колчак, по свидетельству Сахарова, тоже находился на грани срыва, но адмирал всё же первым овладел собой. "Идите, господа, - подвёл он итог беседе. - Я приму решение".

Ни Пепеляевы, ни Сахаров тогда ещё не поняли, что, столкнув их лбами, Колчак одержал победу. В последний раз в своей короткой жизни - но он заставил своих оппонентов играть по своим правилам. Безобразная сцена, свидетелем и участником которой он только что стал, убедила Колчака, что с Сахаровым придётся расстаться. Однако, идя навстречу в этом - довольно-таки второстепенном - вопросе, Колчак получал повод отказать Пепеляевым в их главном требовании - засунуть идею Сибирского Земского Собора с законодательными полномочиями под сукно, использовав в качестве рычага давления угрозу переменить своё решение и встать на сторону Сахарова. А залогом уступчивости братьев мог служить тот факт, что его собственной отставки они категорически не приняли.

Приказ об отставке Сахарова был Колчаком подписан. Александр Васильевич из своего поезда связался с Дитерихсом и попросил его вернуться к исполнению обязанностей командующего фронтом. Однако Дитерихс поставил своим условием немедленное отречение от власти самого Колчака и отъезд его за границу. У Михаила Константиновича был повод для недовольства адмиралом. В ноябре Колчак отклонил его предложения о своевременном отводе войск от Омска и их реорганизации в глубоком тылу, поверив авантюристическим обещаниям Сахарова. Теперь же, когда Сахаров полностью оскандалился и Колчак снова предлагал пост Дитерихсу, Михаил Константинович не мог быть до конца уверен, что Колчак снова не вмешается в его оперативные распоряжения, поверив очередному ловкому авантюристу. Принимать в таких условиях командование Дитерихс полагал бессмысленным. В итоге командующим Восточным фронтом Белой Борьбы был назначен Владимир Оскарович Каппель, о чём у нас разговор ещё впереди. Пока же вернёмся на станцию Тайга.




Александр Васильевич Колчак за своим рабочим столом.
Вероятно, именно с таким лицом он обдумывал ситуацию, в которой оказался
в начале декабря 1919 года на станции Тайга.





Итак, Колчак с чистой совестью подписал приказ об отставке Сахарова, передав его должность Каппелю [4], сам же немедленно покинул негостеприимную станцию Тайга, переехав на следующую за ней по магистрали станцию Судженка.  Здесь пепеляевская артиллерия и бронепоезд были ему уже не страшны. Сахаров немедленно по отъезде Колчака был арестован по самовольному приказу Пепеляева. О Сибирском Земском Соборе больше не было и помину: Анатолий Николаевич, в общем-то, был человеком, преданным Белому Делу (что он в дальнейшем и доказал, дольше всех продолжая сопротивление большевикам), возможность сорвать злобу на Сахарове, коего он действительно считал главным виновником трагедии Омска, давала ему моральное удовлетворение, да и старший брат наверняка выступил в роли сдерживающего фактора ("Википедия" утверждает, что именно Виктор Пепеляев "помирил генерала с адмиралом").

Сахаров просидел под арестом до прибытия на станцию Тайга генерала Каппеля. Тот, уже в должности командующего фронтом и располагая преданной ему военной силой (в лице 3-й армии, которой он командовал до своего нового назначения) потребовал освободить Сахарова, Пепеляевы вынуждены были подчиниться. Поняв, что моральная победа ускользает из рук, Виктор Пепеляев принялся бомбардировать Колчака телеграммами, умоляя его созвать Земский Собор. Однако Александр Васильевич повёл себя мудро, запросив Совет Министров, от своего ли имени действует премьер, или исполняет поручение всего правительства. В ответной телеграмме Совет Министров полностью дистанцировался от своего председателя, более того: выразил опасения, как бы Верховному Правителю не было учинено "какого-нибудь насилия". Это была полная победа Колчака. Вскоре Виктор Пепеляев явился в Судженку с повинной головой. Ни тени прежней фронды в нём не осталось. Он всецело подчинился Верховному Правителю, послушно последовал за ним до самого Иркутстка и разделил его трагическую участь в большевистских застенках.

А почему же, спросите вы, последствия этого выступления Пепеляевых оказались трагическими? Ведь гибель Верховного Правителя у той роковой проруби на Ангаре никак не была обусловлена этим неудавшимся выступлением, само же выступление Колчаку удалось подавить без единого выстрела! Но беда была в том, что дурной пример командарма оказался заразителен. В полках 1-й армии и раньше судачили, что пора быуже прекратить бессмысленное кровопролитие, что "большевики тоже люди", что с ними вполне можно попытаться договориться о "независимой Сибири", а на крайний случай - выторговать себе жизнь в обмен на жизни старшего начальства. В итоге 17 декабря в Томске стоявшая там пепеляевская 2-я Сибирская дивизия при подходе красных к городу подняла бунт, выкинула лозунг "Долой междоусобную войну!", перебила своих офицеров и положила оружие. "Демократизированного" командарма Пепеляева, посмевшего шантажировать собственного главкома, солдаты больше не слушались. Сам Анатолий Николаевич чудом вырвался из охваченного бунтом Томска на санях, спасаясь от им же самим выпущенного из бутылки джинна. Вскоре после этого генерала свалил сыпной тиф, и он был доставлен в Верхнеудинск в бессознательном состоянии.


Генерал А.Н. Пепеляев в 1919 году




По счастью, ему удалось выздороветь. Не только телесно, но и духовно, как показали дальнейшие события. Отказавшись сотрудничать с атаманом Семёновым, который поддерживал экспансию японцев в Приморье и, по имевшимся сведениям, соглашался на территориальный уступки в их пользу, Пепеляев выехал с семьёй в Харбин, однако летом 1922 года мы уже видим его во Владивостоке, где он формирует отряд для продолжения борьбы с большевиками и пользуется полной поддержкой М.К. Дитерихса. Закончил свою борьбу Анатолий Пепеляев только в 1823 году.

__________________________________________
Примечания.
[1] Чтобы свалить Колчака и попытаться реализовать собственную программу. Наличие наступающих большевистских войск, вожди которых вовсе не желали делиться с эсерами властью, этих политиканов не беспокоило.
[2] А по совместительству - брат мятежного генерала
[3] А ведь о её бессмысленности предупреждал ещё Дитерихс!
[4] В дате этого назначения разные источники расходятся. П. Зырянов указывает, что Каппель вступил в должность уже 9 декабря, но "Википедия" говорит о 14-м декабря. А.А. Петров в очерке о генерале Каппеле называет дату 12 декабря, Руслан Гагкуев пишет, что приказ о назначении Каппеля состоялся 11 декабря. Все авторы сходятся в одном: Каппель не искал этой должности и не сразу принял назначение. Но приняв - терпеливо понёс свой крест, делая всё возможное для спасения вверенных ему войск.

Tags: Белые, Гражданская война, История Отечества, Колчак, Колчаковцы
Subscribe

Posts from This Journal “Колчаковцы” Tag

promo mikhael_mark december 26, 2019 12:52 8
Buy for 10 tokens
Как известно, одним из главных аргументов тех, кто категорически выступает против передачи храмовых зданий верующим, является ограниченность финансовых ресурсов у Церкви и отсутствие понимания "всей всемирно культурной ценности этих старинных памятников". В итоге, делается вывод,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment