Михаил Маркитанов (mikhael_mark) wrote,
Михаил Маркитанов
mikhael_mark

Category:

Не судите, да не судимы будете

Оригинал взят в http://fidan-s.blog.day.az/2012/10/27/neveroyatnye-istorii-lyubvi-kolchak-i-anna/

Невероятные истории любви. Колчак и Анна.


Знающие меня люди, знают об одной из моих немногочисленных слабостей.

Я с большим пиететом отношусь к искренним и красивым историям о любви, и в особенности это касается двух замечательных людей, героев своего времени, не побоюсь этого слова.

Впервые об Анна Тимиревой и Александре Колчаке я услышала, точнее прочла много лет назад в одном журнале. История настолько потрясла меня что я мигом выведала всю доступную информацию в интернете. По мере того как я читала о них, мое сердце наполнялось нежностью, состраданием, восхищением, болью и глубоким сожалением.  История настолько потрясла меня, что я еще очень долго не могла придти в себя после прочитанного, было обидно, что такая история так нелепо прервалась. Было обидно что два этих человека расстались при таких отвратительных обстоятельствах. Обидно что после расстрела Колчака его любимую женщину так гнобили и унижали, она просидела в лагерях пол своей жизни, и не смотря на это не сломалась и теперь, через столько лет, весь мир знает об этих удивительных людях и о тех чувствах, что их связывали.


Информации он их очень много и я, дай Бог, поэтапно все это обязательно вывешу.

Пока хотелось бы дать историческую справку для тех, кто в неведении о ком речь. И небольшой материал, не мой, но хоть чуть-чуть дающий понять, о чем идет речь.

******************************************

Летом 1918 года вдруг, среди неопределенности и тревоги, среди тоскливой, сонной одури, как разряд грома, сбылось то, о чем Александр Васильевич не смел и мечтать — к нему приехала Анна.

Просто она, с некоторых пор потерявшая след Колчака, ехала с мужем в поезде к месту его нового назначения, и в Благовещенске случайно услышала от знакомых, что Колчак в Харбине. Продав жемчужное ожерелье, Тимирева купила билет до Харбина, наспех простилась с мужем и…

Пока ехала, невольно очаровала попутчика, молодого офицера по фамилии Баумгартен. В Харбине он явился к Колчаку и заявил:

Адмирал, я пришел предупредить: как только Анна Васильевна вернется во Владивосток, я поеду за ней. Я не могу жить без нее”.

Александр Васильевич усмехнулся:

Я вам вполне сочувствую. Я и сам в таком же положении!”…

Любовь вспыхнула почти сразу, и, как водится, из совершенных пустяков. Как-то раз Анна шла по городу и встретила Колчака, они немного поболтали и разошлись, а вечером снова увиделись у общих знакомых, и он пел романс: “Гори, гори, моя звезда” (это был любимый романс Колчака, поговаривали даже, что он сам его написал). С тех пор, где бы эти двое не встречались, они смотрели только друг на друга, а, если была возможность, уединялсь где-нибудь в уголочке и разговаривали, разговаривали…

Однажды на костюмированный бал пригласили фотографа, и Анна снялась в “русском костюме”. Портрет вышел удачным, и она раздаривала карточки своим знакомым. И вот один офицер сказал ей, что видел ее фото в каюте Колчака. “Что ж такого, — ответила Анна, — этот портрет не только у него”. “Да, но в каюте Колчака — только ваш портрет, и никакого другого”.

Первой правду угадала Софья Федоровна. Однажды они с Анной катались вместе по заливу. Тимирева замерзла, и Софья накинула ей на плечи собственную чернобурку. Анна задумчиво произнесла:

Я не знала, что мех такой теплый и мягкий!”.

Подруга посмотрела на нее с пренебрежением:

Вы еще многое не знаете, прелестное молодое существо”…

В этот день Софья Федоровна написала письмо в Москву, близкой подруге:

Вот увидите, Александр Васильевич разойдется со мной и женится на Анне Васильевне”.

В обществе Колчака с Тимиревой давно считали любовниками, а они … переписывались, разве что изредка позволяя себе полупризнания, вроде:

Когда я подхожу к Гельсингфорсу, зная, что увижу Вас — он казался мне лучшим городом в мире”.

Когда Александр Васильевич получил назначение в Севастополь, Анна не выдержала:

Я всегда хочу видеть Вас, всегда о Вас думать, для меня такая радость видеть Вас, вот и выходит, что я Вас люблю. Говорю, потому что знаю: эта наша встреча — последняя”.

Колчак ответил с мукой: “Я вас больше, чем люблю. Только о Вас, Анна Васильевна, мое божество, мое счастье, моя бесконечно дорогая и любимая, я хочу думать о Вас, как это делал каждую минуту своего командования”.

И уехал, обещав писать. И, действительно, слал из Севастополя через три дня на четвертый по два письма: тоненькое, в две странички жене, и толстенное — Анне Тимиревой. Например, такое:

Прошло 2 месяца, как я уехал от Вас, моя бесконечно дорогая, и так жива передо мной картина нашей встречи, так же мучительно и больно, как будто это было вчера, на душе. Столько бессонных ночей провел я у себя в каюте, шагая из угла в угол, столько дум, горьких, безотрадных. Я не знаю, что случилось, но всем своим существом чувствую, что Вы ушли из моей жизни, ушли так, что не знаю, есть ли у меня столько сил и умения чтобы вернуть Вас. А без Вас моя жизнь не имеет того смысла, ни той цели, ни той радости. Я писал Вам, что думаю сократить переписку, но понял, что не писать Вам, не делиться своими думами, выше моих сил. Буду снова писать — к чему бы это ни привело”.

Встреча произошла в Харбине.

Адмирал Колчак
Колчак в Харбине. 1918 год.

Её письмо нашло его. В нём были такие строки:

Милый Александр Васильевич, далёкая любовь моя… чего бы я дала, чтобы побывать с Вами, взглянуть в Ваши милые тёмные глаза…

Вскоре приходит ответ:

Передо мной лежит Ваше письмо, и я не знаю – действительность это или я сам до него додумался“.

В Харбине состоялся между ними серьёзный разговор о совместной жизни. Вернувшись во Владивосток, Тимирёва сказала мужу, что уходит к Колчаку. Конечно, он отговаривал её от этого. Но чувства…

Потом в своих воспоминаниях Анна Васильевна писала:

А. В. приходил измученный… Мы сидели поодаль и разговаривали. Я протянула руку и коснулась его лица – и в то же мгновение он уснул. А я сидела, боясь шевелиться, чтобы не разбудить его. Рука у меня затекла, а я всё смотрела на дорогое и измученное лицо спящего. И тут я поняла, что никогда не уеду от него, что, кроме этого человека, нет у меня ничего, и моё место – с ним“.

Для Колчака она была бесценным подарком судьбы, который он оберегал всю жизнь. Долгое время он даже не решался к ней прикоснуться.

Представитель французской военной миссии в Сибири еще при жизни Колчака писал о ней:

«Редко в жизни мне приходилось встречать такое сочетание красоты, обаяния и достоинства. В ней сказывается выработанная поколениями аристократическая порода, даже если, как поговаривают, она из простого казачества.

Я убежден, что аристократизм — понятие не социальное, а в первую очередь духовное. Сколько на своем пути встречал я титулованных кретинов с замашками провинциальных кабатчиков и сколько кабатчиков с душой прирожденных грандов!..

Я убежденный холостяк, но, если бы когда-нибудь меня привлекла семейная жизнь, я хотел бы встретить женщину, подобную этой. Как мне стало известно, она близка с Адмиралом еще со времени своего замужества, но даже теперь, когда сама жизнь освободила ее от прежних обязательств и свела их вместе, связь их никому не бросается в глаза, с таким тактом и деликатностью они оберегают эту связь от посторонних взглядов.

Увидеть их вдвоем большая редкость. Она старается держаться в стороне от его дел. Чаще ее можно встретить в швейных мастерских, где шьют обмундирование для армии, или в американском госпитале, выполняющей самые непрезентабельные работы по уходу за ранеными. Но даже в этих обстоятельствах свойственная ей изящная царственность не покидает ее…».

Эту изящную царственность Анна Васильевна сохранила до старости, несмотря на то, что 37 лет провела в заключении. Писатель Г.В.Егоров, посетивший ее в начале 70-х годов в московской коммуналке на Плющихе, был немало удивлен, увидев перед собой элегантную, бодрую восьмидесятилетнюю женщину, весьма острую на язык.

Тимирёва в старости

Анна Тимирёва в старости


Полжизни она провела в советских лагерях, в том числе и среди уголовников. И тем не менее за 37 лет к ней не пристало ни одного лагерного слова — речь ее интеллигентна, во всех манерах чувствуется блестящее дворянское воспитание.”

Полвека не могу принять –

ничем нельзя помочь –

и все уходишь ты опять

в ту роковую ночь…

Но если я еще жива

наперекор судьбе,

то только как любовь твоя

и память о тебе. 

(Анна Тимирева)



*** Александр Колчак:

Колчак
А.В. Колчак - главнокомандующий Белой Армией

Александр Васильевич Колчак родился (4) 16 ноября 1874 года в Петербурге. Отец его, офицер Морской Артиллерии, привил сыну с раннего возраста любовь и интерес к военно-морскому делу и к научным занятиям. В 1888 году Александр поступил в Морской кадетский корпус, который закончил осенью 1894 года в чине мичмана. Ходил в плавания на Дальний Восток, Балтийское, Средиземное моря, участвовал в научной Северной полярной экспедиции. В русско-японскую войну 1904-1905 годов командовал эсминцем, затем береговой батареей в Порт-Артуре. До 1914 года служил в Морском Генштабе. В Первую мировую войну был начальником оперативного отдела Балтийского флота, затем командиром минной дивизии. С июля 1916 года – командующий Черноморским флотом. После Февральской революции 1917 года в Петрограде Колчак обвинил временное правительство в развале армии и флота. В августе он выехал во главе российской военно-морской миссии в Великобританию и США, где пробыл до середины октября. В середине октября 1918 года он прибыл в Омск, где вскоре был назначен военным и морским министром правительства Директории (блок правых эсеров и левых кадетов). 18 ноября в результате военного переворота власть перешла в руки Совета министров, а Колчак был избран Верховным правителем России с производством в полные адмиралы. В руках Колчака оказался золотой запас России, он получил военно-техническую помощь от США и стран Антанты. К весне 1919 года ему удалось создать армию общей численностью до 400 тысяч человек. Высшие успехи армий Колчака пришлись на март-апрель 1919 года, когда они заняли Урал. Однако вслед за этим начались поражения. В ноябре 1919 года под натиском Красной армии Колчак оставил Омск. В декабре поезд Колчака оказался блокированным в Нижнеудинске чехословаками. 14 января 1920 года в обмен на свободный проезд чехи выдают адмирала. С 22 января Чрезвычайная следственная комиссия начала допросы, продолжавшиеся до 6 февраля, когда остатки армии Колчака вплотную подошли к Иркутску. Ревком вынес постановление о расстреле Колчака без суда. 7 февраля 1920 года Колчака вместе с премьером В.Н. Пепеляевым расстреляли. Их тела были сброшены в прорубь на Ангаре. В память о Колчаке в 2004 году в Иркутске установлен памятник.

Источник: http://www.calend.ru/person/2795/
© Calend.ru

*** Анна Тимирева:
Тимирёва
А.В. Тимирёва

Анна  Васильевна Тимирева (урожденная Сафонова, во втором  замужестве Книпер) Родилась в 1893 г. в Кисловодске. В 1906  г. семья переехала  в Петербург,  где  Анна  Васильевна окончила  гимназию  княгини  Оболенской  (1911)  и  занималась  рисунком   и живописью в частной студии С.М. Зейденберга. Свободно  владела французским и немецким.

В 1918–1919 гг. в Омске – переводчица Отдела печати при Управлении делами Совета министров и Верховного  правителя;  работала в  мастерской  по шитью  белья  и на раздаче  пищи больным  и раненым воинам. Самоарестовалась вместе с Колчаком в январе 1920 г., освобождена в том же году по октябрьской амнистии и в мае 1921-го вторично арестована.

Находилась  в тюрьмах Иркутска и Новониколаевска, освобождена летом 1922 г. в Москве из Бутырской тюрьмы. В 1925 г.  арестована и административно  выслана из Москвы на три года, жила в Тарусе. В четвертый раз  взята в апреле 1935 г., в мае получила по статье 58 п.  10 пять лет  лагерей, которые  через  три  месяца  при  пересмотре  дела заменены  ограничением  проживания  (“минус 15″)  на три года. Возвращена из Забайкальского лагеря, где  начала  отбывать  срок, жила в  Вышнем  Волочке, Верее, Малоярославце.

25 марта 1938 г., за несколько дней до окончания срока “минуса”,  арестована в Малоярославце и в апреле 1939-го осуждена по прежней статье на восемь лет лагерей; в Карагандинских лагерях была сначала на общих работах,  потом – художницей клуба Бурминского отделения. После освобождения жила  за 100-м  километром от Москвы  (станция Завидово Октябрьской железной дороги). Тогда же арестовали и ее 24-летнего сына от брака с Тимиревым ―  Володю, талантливого художника. Он был осужден по 58-й статье и расстрелян 17 мая 1938 года. Реабилитирован в 1957 году.

21  декабря 1949  г.  арестована в  Щербакове как  повторница  без предъявления нового обвинения. Десять месяцев провела в тюрьме Ярославля и в октябре 1950 г. отправлена этапом в Енисейск до особого распоряжения; ссылка снята в 1954-м. Затем в “минусе” до 1960 г.  (Рыбинск).  В промежутках между арестами  работала  библиотекарем,  архивариусом,  дошкольным  воспитателем, чертежником,  ретушером,  картографом (Москва),  членом  артели  вышивальщиц (Таруса), инструктором по росписи игрушек  (Завидово), маляром (в енисейской ссылке),  бутафором  и  художником в  театре (Рыбинск);  подолгу  оставалась безработной или перебивалась случайными заработками. Реабилитирована в марте 1960 г.,  с сентября того же года на пенсии.

В 1911–1918 гг. замужем за С.Н. Тимиревым. Замужем за В.К. Книпером с 1922 г.; до получения ответа прокурора о  гибели и реабилитации сына (1956), В.С. Тимирева, носила двойную фамилию.

Анна Тимирева и Александр Колчак познакомились в 1915 году в Гельсингфорсе, куда перевели из Петрограда ее мужа, капитана I ранга Сергея Тимирева. Первая встреча – в доме контр-адмирала Николая Подгурского, общего знакомого Колчака и Тимирева, – оказалась фатальной. «Нас несло, как на гребне волны», – писала Тимирева впоследствии.

Она вспоминала: «Мы жили в Петрограде, ему  пришлось  ехать  в Гельсингфорс. Когда я провожала его на вокзале, мимо нас стремительно прошел невысокий, широкоплечий офицер. Муж сказал мне:  «Ты знаешь,  кто это? Это  Колчак-Полярный. Он недавно вернулся из северной экспедиции». У  меня осталось только впечатление стремительной  походки, энергичного шага».Она первой призналась ему в любви: «Я сказала ему, что люблю его». И он, уже давно и, как ему казалось, безнадежно влюбленный, ответил: «Я не говорил вам, что люблю вас. Я вас больше чем люблю».

Ей было 22 года, ему – 41 и к моменту их  встречи Колчак успел исследовать воды четырех океанов  и двадцати морей, объехал  (первый раз)  вокруг  Земли, выпустил две книги, заслужил ряд русских и иностранных орденов. Между их первой встречей и последней – пять лет. Бoльшую часть этого времени они жили порознь, у каждого – своя семья. Месяцами и даже годами не виделись.   Окончательно решив соединиться с Колчаком, Тимирева объявила мужу о своем намерении «всегда быть вблизи Александра Васильевича». В августе 1918 года постановлением Владивостокской консистории она была официально разведена с мужем и после этого считала себя женой Колчака.

«Я была арестована в поезде адмирала Колчака и вместе  с ним.  Мне было тогда  26 лет, я  любила  его и была с ним близка и не могла оставить его  в последние  годы  его жизни.  Вот,  в  сущности,  и  все.  Я никогда  не была политической фигурой, и ко мне лично никаких обвинений не  предъявлялось», – писала Анна Васильевна в своих заявлениях о реабилитации.

За несколько часов до расстрела Колчак написал Анне Васильевне записку, так до нее и не дошедшую: «Дорогая голубка моя, я получил твою записку, спасибо за твою ласку и заботы обо мне… Не беспокойся обо мне. Я чувствую себя лучше, мои простуды проходят. Думаю, что перевод в другую камеру невозможен. Я думаю только о тебе и твоей участи… О себе не беспокоюсь – все известно заранее. За каждым моим шагом следят, и мне очень трудно писать… Пиши мне. Твои записки – единственная радость, какую я могу иметь. Я молюсь за тебя и преклоняюсь перед твоим самопожертвованием. Милая, обожаемая моя, не беспокойся за меня и сохрани себя… До свидания, целую твои руки».

После освобождения жила в Рыбинске, работала художником в местном театре, а в 1960 году, после реабилитации, поселилась в Москве. Умерла 31 января 1975 года.


От себя добавлю: чтобы перестать осуждать Колчака за "роман с женой боевого товарища", достаточно один раз посмотреть фильм «Адмирал». Трудно жить в таком постоянном напряжении душевных сил, в каком по долгу службы жил Колчак, и не «сорваться». Конечно, грех есть грех, но, как мне кажется, не стоит из этого греха делать далеко идущие выводы о «неправославии» Колчака.  Тем более, что пал он как герой - за Россию, ни на йоту не поступившись её интересами. И именно за это был предан западными "союзничками".


Tags: Белые, Гражданская война, История Отечества, Колчак, Люди и судьбы
Subscribe

Buy for 10 tokens
То, чего я так боялся в прошлом году, увы, становится реальностью и приобретает конкретные очертания. Похоже, с нашими поездками на озеро Большое Унзово - окончательно и бесповоротно всё. Рейдерам, захватившим нижегородский НИИ Радиотехники (причём на безупречно законных основаниях захватившим -…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments