Михаил Маркитанов (mikhael_mark) wrote,
Михаил Маркитанов
mikhael_mark

Categories:

На смерть адмирала Макарова. Окончание.

Начало здесь.

Однако адмирал Макаров не пользовался бы и десятой частью того авторитета среди моряков, если бы он ограничился научными изысканиями и теоретическими наработками. Но Макаров был настоящим тружеником моря. Обстоятельства надолго лишили Макарова возможности выигрывать морские сражения (а какой офицер, с другой стороны, мечтал бы перманентно воевать?) - между Русско-Турецкой и Русско-Японской войнами Россия не воевала. Но адмирал Макаров, как никто, понимал, что победы в морских сражениях куются в мирное время. Чтобы выигрывать сражения - флот должен плавать. Мореходные и боевые качества кораблей должны проверяться в море. А успех в бою в первую очередь зависит от экипажей, от слаженности действий, от того, что называют "сплаванностью". Единственный же способ достичь сплаванности - это плавать.





Степан Осипович Макаров в мундире вице-адмирала.
Этот чин Степан Осипович получил в 1896 году.
В этом же чине он и погиб.




Плавал Макаров много. И с военными, и с научными целями. После Русско-Турецкой войны он некоторое время служил на пароходе, состоявшем в распоряжении русского посла, и часто ходил Черноморскими проливами - что дало ему возможность исследовать течения Босфора. Затем, уже в 1880-е годы, командуя бронированным корветом "Витязь", он совершил кругосветное плавание, в течение почти трёх лет плавал в водах Тихого океана. В ходе тихоокеанского путешествия Макаровым, как пишет адмирал Ю. Пантелеев, производились гидрологические исследования: замерялись температуры и плотность воды, изучались морские течения. И всё это сочеталось с выполнением чисто военных задач, ибо флот и в мирное время стоит на страже своей страны, флот и в мирное время - в повышенной боеготовности, чтобы в любую минуту обрушить мощь своей артиллерии на врага, рискнувшего атаковать морские рубежи России. Патрулирование, учебные стрельбы, манёвры, захождение в иностранные порты ради демонстрации военно-морской силы - вот повседневный быт флотского офицера. Примечательно, что за служебными делами и длительными путешествиями Макаров не забыл о личной жизни: в 1879 году, по окончании войны с турками, он женился. Его избранницей стала дочь морского офицера, кавалерственная дама Ордена Святой Екатерины Капитолина  Николаевна Якимовская. В этом браке родились две дочери - Ольга и Александра - и сын Вадим, впоследствии воевавший в рядах Белой Армии Колчака.



Капитолина Николаевна Макарова, супруга адмирала




В начале царствования императора Николая Второго, в 1894 году, осложнились отношения с Японией, активизировавшей свою захватническую политику на Дальнем Востоке. На смену традиционному японскому изоляционизму пришёл империализм. Чтобы обуздать аппетиты восточного соседа, а заодно - защитить русские поселения в крае, решено было отправить на Тихий океан эскадру во главе с контр-адмиралом Макаровым. Эскадра совершила длительное плавание из Средиземного моря и, прибыв в Нагасаки, поступила в распоряжение адмирала Тыртова.

Это был самый критический момент переговоров с Японией. Тыртов, опасаясь, что предпринятая военная демонстрация не возымеет должного эффекта, распорядился готовить корабли на всякий случай к бою. И тут выяснилось, что у русского флота просто нет боевого устава, отвечающего его современному техническому состоянию. Тыртов, видимо, знал Макарова как опытного военного моряка, а потому поручил ему разработку приказа о том, как необходимо готовить корабли к бою и как вести бой. Приказ был Макаровым составлен, а Тыртовым - утверждён безо всяких изменений. Во что эта история вылилась впоследствии, спустя несколько лет, я уже писал, Здесь же отмечу, что готовность русского флота к решительным действиям тогда подействовала на японцев отрезвляюще. К 1896-му году обстановку удалось разрядить, и Макаров вернулся в Кронштадт.




Портрет С.О. Макарова в чине контр-адмирала.
По возвращении в Кронштадт он был произведён в следуюший чин.





Служа в Кронштадте, командуя 1-й дивизией Балтийского флота, Макаров продолжал с опаской поглядывать на Дальний Восток. Он понимал, что Япония, один раз обнаружив свои экспансионистские планы, просто так не успокоится, и что Запад неизбежно будет подталкивать новую великую державу к войне с Россией, дабы ослабить её влияние в Азии. В 1903 году он был уже безоговорочно убеждён, что война с японцами последует в ближайшее время: "Недоразумения с Японией будут из-за Кореи или Китая. Нужно быть готовым к военным действиям во всякую минуту. Разрыв последует со стороны Японии, а не с нашей". Как первый шаг к такой готовности он предлагал создать на Тихом океане полноценный военный флот, со всеми необходимыми структурами и службами, как на Балтике и на Чёрном море. Увы, к Макарову не прислушались.

Макаров рвался на Дальний Восток, предчувствуя, что именно там в скором времени будет решаться судьба России. Как офицер-патриот и как толковый флотоводец, он хотел послужить своей Родине там, где может принести больше пользы, а не на чисто административной должности в мирном Кронштадте. Незадолго до войны он отважился довести до руководства Морского министерства свою обеспокоенность тем, что дальневосточные начальники слишком легкомысленно расположили эскадру на внешнем рейде Порт-Артура. "Из разговоров с людьми, вернувшимися недавно с Дальнего Востока, - писал Степан Осипович, - я понял, что флот предполагают держать не во внутреннем бассейне Порт-Артура, а на наружном рейде. Пребывание судов на открытом рейде дает неприятелю возможность производить ночные атаки. Никакая бдительность не может воспрепятствовать энергичному неприятелю в ночное время обрушиться на флот с большим числом миноносцев и даже паровых катеров. Результат такой атаки будет для нас очень тяжел, ибо сетевое заграждение не прикрывает всего борта, и кроме того у многих наших судов совсем нет сетей. Японцы не пропустят такого бесподобного случая нанести нам вред. Если мы не поставим теперь же во внутренний бассейн флота, то мы принуждены будем это сделать после первой ночной атаки, заплатив дорого за ошибку". В министерстве отмахнулись: "Макаров - известный алармист. Войны не будет вовсе". Но слова Макарова оказались пророческими и исполнились с буквальной точностью: японские корабли ночью, без объявления войны, атаковали русскую эскадру на рейде Порт-Артура, выведя из строя два броненосца и крейсер. Остальным кораблям пришлось в спешке втягиваться на внутренний рейд.

Первого февраля 1904 года Макаров был назначен командующим Тихоокеанским флотом. Для него это назначение не было неожиданностью. Он давно был убеждён, что грядущая война с Японией без его военного опыта и теоретических наработок не обойдётся. "Меня пошлют туда, когда дела наши станут совсем плохи, - говаривал он. - А наше положение там незавидное".






Макаров включился в работу уже по дороге, трясясь в поезде,увозившем его на Дальний Восток. Адмирал Пантелеев пишет: "Вице-адмирал Макаров знал, что флот с первых дней войны уже сильно ослаблен. Свою творческую и организационную работу, направленную на решение задач, вставших перед ним, он начал еще в пути. Все сопровождающие вице-адмирала офицеры его штаба получили задания, обязанности между ними были четко распределены. В телеграммах и донесениях он поставил перед морским министерством ряд неотложных вопросов, относившихся к усилению русского флота в Порт-Артуре. Макаров еще в пути намечал планы боевых действий, составлял инструкции и собирал необходимые сведения".

Прибыв в Порт-Артур, Макаров тут же трезвым взглядом оценил обстановку - и обратился в министерство с ходатайством о присылке на Дальний Восток миноносцев. Понимая, что этим небольшим судам, не способным нести на борту больших запасов угля и потому имевшим ограниченную дальность действия, перехода в Порт-Артур через три океана, в обход трёх континентов не выдержать, он требовал, чтобы миноносцы везли сухим путём - в разобранном виде по железной дороге. Но в этом прошении ему было отказано "по техническим причинам". Макаров также просил, чтобы отправленный из Балтики на Тихий океан отряд кораблей в составе броненосца, двух крейсеров и семи миноносцев не возвращался назад, но пошёл бы в Порт-Артур на усиление эскадры. Однако и в этом ему было отказано. И если в случае с миноносцами техническая сложность задуманной Макаровым переброски могла служить хоть каким-то оправданием, то причины отказа в вопросе с Балтийским отрядом просто не поддаются никакому пониманию.

В этих условиях Макарову оставалось только надеяться на себя - и делать то, что возможно. Он посетил каждый корабль, говорил с матросами, с офицерами, даже с портовыми рабочими - и во всех старался вселить уверенность в грядущей победе. Ему верили - авторитет Макарова на флоте был непререкаем. Одно его прибытие в Порт-Артур давало твёрдую надежду, что флот окрепнет и перейдёт к активным действиям. Макаров не обманул ожиданий. В первые же дни его командования флотом два миноносца были высланы на разведку. Увы, дело кончилось столкновением с превосходящими силами японцев, в ходе которого один из миноносцев - "Стерегущий" был потоплен. Примечательно, что Макаров, услышав про нападение на "Стерегущий", немедленно поспешил к нему на выручку с двумя крейсерами. Конечно, отбить "Стерегущий" он уже успеть не мог. Но сам факт, что командующий лично поспешил на помощь гибнущему миноносцу, произвёл на флоте неизгладимое впечатление.

Макаров старательно отрабатывал выход в море всей эскадры, отрабатывал маневрирование и лично составил инструкцию на одновременный выход из гавани всей эскадры, чего раньше не делалось. В дальнейшем, при каждом появлении противника в виду Порт-Артура Макаров выводил в море эскадру. Он искал сражения. Миноносцы регулярно посылались в разведку, на подступах к базе бли организованы дозорные посты, регулярно проводились траления рейда, ставились минные заграждения для предохранения от вражеских миноносцев. Развитая Макаровым бурная деятельность сразу же дала плоды: в начале марта японская эскадра, подошедшая к Порт-Артуру, чтобы бомбардировать его, была встречена ураганным огнём русских кораблей, а когда русская эскадар, покинув рейд, вышла неприятелю навстречу, японцы ретировались.



Флагманский корабль адмирала Макарова в Порт-Артуре - броненосец "Петропавловск"




Накануне трагедии 13 апреля Макаров в очередной раз выслал в разведку два миноносца к острову Эллиот, и один из них - "Страшный" - как и "Стерегущий", напоролся на превосходящие японские силы и вступил с ними в бой. Капитаны миноносцев получили инструкцию возвращаться в Порт-Артур только в светлое время суток во избежание огня по своим. Навстречу возвращающимся миноносцам должен был выйти крейсер "Баян". Ночью наблюдатели видели в море силуэты каких-то кораблей и огни, Макарову не раз предлагали открыть по ним огонь на поражение, но Макаров категорически запретил, предположив, что это могут быть свои миноносцы, вернувшиеся из-за плохой погоды. Оказалось, однако, что это были японцы - врагу удалось засечь маршрут, которым обычно выходила в море макаровская эскадра, и на пути этой эскадры японцы поставили мины. Утром вышедший в море, как и было условлено, "Баян" обнаружил вблизи Порт-Артура японскую эскадру. Тралить выходы было уже некогда - в любую минуту могли вернуться миноносцы. Макаров на "Петропавловске" в сопровождении трёх крейсеров вышел в море. Уже на рейде Макарову стало известно, что "Страшный" погиб. Степан Осипович принял решение дождаться прибытия всех своих броненосцев на внешнем рейде, после чего атаковать японскую эскадру под прикрытием береговых батарей. Однако, поскольку траление проведено не было, "Петропавловск" при развороте напоролся на японскую мину и подорвался. От взрыва мины сдетонировал боекомплект, после чего "Петропавловск" быстро ушёл под воду, О последних секундах жизни Макарова ничего не известно - был ли он убит взрывом, был ли ранен настолько тяжело, что не смог понинуть корабля, или же просто не успел этого сделать, поскольку командир покидает тонущий корабль последним. Но однозначно можно утверждать: Степан Осипович умер на своём посту, как подобает истинному офицеру.


Гибель броненосца "Петропавловск"




За 36 дней своего командования новообразованным Тихоокеанским флотом Макаров успел сделать многое. Прежде всего - он не позволял японцам безнаказанно обстреивать город и стоящие на рейде русские корабли. Более того - он вынудил японцев укловняться от прямых столкновений с русской эскадрой. Японцы, и прежде знавшие Макарова как моряка-профессионала высочайшего класса, читавшие (наверняка читавшие!) его труды по военно-морскому делу, теперь имели личную возможность убедиться, что их противник - действительно талантливый флотоводец. На гибель Макарова откликнулся японский поэт Исикава Такубоку, написавший пронзительные стихи:

Утихни, ураган! Прибой, не грохочи,
Кидаясь в бешенстве на берег дикий!
Вы, демоны, ревущие в ночи,
Хотя на миг прервите ваши клики!
Друзья и недруги, отбросьте прочь мечи,
Не наносите яростных ударов,
Замрите со склонённой головой
При звуках имени его: Макаров!

Его я славлю в час вражды слепой
Сквозь грозный рёв потопа и пожаров.
В морской пучине, там, где вал кипит,
Защитник Порт-Артура ныне спит.

О, солнце Севера! Как величаво
Сошло оно в крутой водоворот.
Пусть, как в пустыне, всё кругом замрёт,
Ему в молчаньи воздавая славу!

Вы слышите ль, как громкий клич без слов
Вселенную наполнил до краёв?
Но что в нём прозвучало? Жажда ль мести
В час гибели? Иль безрассудный гнев,
Готовый мир взорвать с собою вместе,
Когда валы смыкались закипев,
Над кораблём, защитником отчизны?
О нет, великий дух и песня жизни!

Враг доблестный! Ты встретил свой конец,
Бесстрашно на посту командном стоя,
С Макаровым сравнив, почтут героя
Спустя века. Бессмертен твой венец!

И я, поэт, в Японии рождённый,
В стране твоих врагов, на дальнем берегу,
Я, горестною вестью потрясённый,
Сдержать порыва скорби не могу.

Вы, духи распри, до земли склонитесь!
Друзья и недруги, отбросьте прочь мечи!
При имени Макарова молчи, О битва!
Сопричислен русский витязь
Великим полководцам всех времён,
Но смертью беспощадной он сражён.

Когда вдруг запылал от вспышек молний
Над Азией Восточной небосклон
И закипели в жёлтом море волны,
Когда у Порт-Артура корабли
В кольце врагов неравный бой вели,
Ты, болью за свою отчизну полный,
Пришёл на помощь. О, как ты могуч
Последний Солнца блеск меж чёрных туч!

Ты плыл вперёд с решимостью железной
В бой за Россию, доблестный моряк!
Высоко реял над ревущей бездной
На мачте гордый адмиральский стяг.

Но миг один - всё скрылось под волнами:
Победами прославленное знамя
И мощь, которой в мире равной нет:
Где их могила, кто нам даст ответ?

В тот страшный день с утра спустились тени
И Солнце спрятало свои лучи,
Заклокотало море в белой пене:
(Друзья и недруги, отбросьте прочь мечи,
Все, как один, падите на колени,
Пускай сольёт сердца один порыв.)
Скрывалась в море неприметно мина.
И потопил внезапно страшный взрыв
Корабль, что нёс морского властелина.

Спокойно руки на груди скрестив,
Вперив свой взор в бездонную пучину,
Где в злобном торжестве кружился вал,
Исчез на веки славный адмирал.


(полностью стихотворение можно прочитать здесь)


Японская миниатюра, изобразившая гибель Макарова так, как представил себе художник.




А японские живописцы (к сожалению, имя автора данной работы мне неизвестно) написали картину, посвящённую последним минутам Макарова. Воображение художника воссоздало то, что скрыто от глаз строгого историка. На картине мы видим палубу "Петропавловска", почти полностью скрывшуюся под водой. Матросы - кто уже за бортом, беспомощно идёт ко дну, кто - ещё пытается спастись, выбраться на ту часть палубы, которая ещё держится над поверхностью океана, но гибель неизбежна. И над всем этим хаосом и ужасом неколебимо возвышается фигура Макарова. Адмирал собран и решителен. Он как будто ещё собирается продолжать командовать гибнущим кораблем, он как будто обдумывает, что можно сделать для спасения экипажа. Он сам уже по колено в воде, но в его лице нет ни тени страха и ни тени покорности неумолимому року.

Что ж - с точки зрения японской традиции Макаров удостоился высшей чести для воина. Он погиб на своём посту, исполняя свой долг, с оружием в руках, как подобает самураю. Доселе японцы уважали Макарова как грамотного специалиста, потом - как достойного противника. Но в миг его гибели они, сквозь тьму вражды, неожиданно увидели в нём родственную душу. И отдали прощальную честь русскому адмиралу.

Макаров отошёл на Суд Божий в расцвете сил. Ему не было и шестидесяти. Его мысль неустанно работала. Практически до самой кончины в водах Тихого океана Макаров продолжал свои научные исследования, инженерные и военно-теоретические разработки. Он мечтал о покорении Северного Морского пути. Нет никаких сомнений: переживи он Русско-Японскую войну, его работа продолжилась бы, с ещё большей пользы для русского флота и с ещё большей славой для русской географической науки. Да, есть у войны и такая неприятная сторона. Люди талантливые погибают на ней в расцвете творческих сил, не завершив своей работы. Более того: неумолимая логика вооружённого противостояния заставляет именно их, талантливых, уничтожать в первую очередь, ибо гениальный враг гораздо опаснее, чем просто враг. Японцев сложно винить в гибели Макарова. Да, безусловно, они виноваты в том, что развязали эту кровавую войну, в том, что безо всякого повода со стороны России вероломно напали на неё. Но после того, как война была объявлена, японским офицерам оставалось лишь выполнять свой долг перед родиной и императором. Ещё гаже и ещё глупее выглядят попытки некоторых коммунистических авторов переложить ответственность за гибель Макарова на "бездарное" царское правительство, якобы, затеявшее бесполезную авантюру на Дальнем Востоке. Но дальневосточная политика не была авантюрой - она диктовалась требованиями экономического развития России и открывала ей доступ не только к рынкам сбыта, но и к источникам сырья, которого так не хватало нашей промышленности. Винить царское правительство в гибели Макарова - то же самое, что винить в гибели "Молодой Гвардии" правительство советское. Макаров пал жертвой неумолимой логики войны. Пал, не завершив своих научных исследований. Это и вызывает безысходную боль. И это же заставляет задуматься всякий раз, прежде чем принять решение о начале новой войны - ведь в её пламени обречены сгореть новые Макаровы.

Вечная память и Царствие Небесное рабу Божию Стефану! 

Tags: Вечная память, История Отечества, Русско-Японская война, Флот
Subscribe

Posts from This Journal “Вечная память” Tag

promo mikhael_mark август 12, 21:50 Leave a comment
Buy for 10 tokens
То, чего я так боялся в прошлом году, увы, становится реальностью и приобретает конкретные очертания. Похоже, с нашими поездками на озеро Большое Унзово - окончательно и бесповоротно всё. Рейдерам, захватившим нижегородский НИИ Радиотехники (причём на безупречно законных основаниях захватившим -…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments