Михаил Маркитанов (mikhael_mark) wrote,
Михаил Маркитанов
mikhael_mark

Categories:

К 100-летию со дня рождения Ларисы Розановой-Литвиновой

Лариса Николаевна Розанова-Литвинова - советская лётчица, штурман Таманского гвардейского женского авиационного полка ночных бомбардировщиков, удостоенная за свои боевые дела звания Героя Советского Союза. Родилась она 6 декабря 1918 года, то есть сегодня исполняется 100 лет со дня рождения этой замечательной женщины.




Лариса Розанова-Литвинова



Подробности её биографии и некоторые факты о её боевых делах сообщаются сайтом "Нашей Родины красные соколы": "Лариса Розанова родилась 6 декабря 1918 года в Киеве, в семье служащего. По окончании школы №1 работала на обувной фабрике и училась в аэроклубе. В 1940 году окончила Херсонскую лётную авиационную школу. Работала инструктором — лётчиком в Феодосийском, затем в Кировском аэроклубе Москвы. С октября 1941 года в Красной Армии.

С мая 1942 года в действующей армии. Окончила курсы при Энгельсской авиационной школе пилотов. Прошла путь от рядового лётчика до штурмана авиационного полка. Участвовала в боях на Южном и Северо — Кавказском фронтах, за освобождение Крыма. Отличилась при прорыве вражеской обороны на реке Проня, при освобождении Могилёва, Минска, Гродно.

К концу войны штурман 46-го Гвардейского Таманского ночного легкобомбардировочного авиационного полка (325-я ночная бомбардировочная авиационная дивизия, 4-я Воздушная армия, 2-й Белорусский фронт) Гвардии капитан Л. Н. Литвинова совершила 816 боевых вылетов на бомбометание по переправам, огневым позициям, скоплениям войск противника. 23 февраля 1948 года за мужество и воинскую доблесть, проявленные в боях с врагами, ей было присвоено звание Героя Советского Союза.

816 раз вылетала Лариса Николаевна Литвинова (Розанова) на боевые задания. 816 раз встречалась лицом к лицу со смертью. Каждый раз её подстерегали вражеские зенитные пушки и пулемёты, беспощадные лучи зенитных прожекторов, барражировавшие в воздухе ночные истребители, залповый огонь с земли. Всё это надо было преодолеть, прорваться через кромешный ад к цели и поразить её.





Лариса Литвинова, как и другие лётчицы женского полка, летала на маленьком, безобидном на вид фанерном самолёте У-2 (позже названном По-2). В годы войны этот учебный самолёт получил грозное имя лёгкого ночного бомбардировщика и вполне оправдал его. Много раз самолёт Литвиновой возвращался с боевого задания продырявленный пулями осколками зенитных снарядов, с покалеченными фюзеляжами и плоскостями.

Не раз загорался в воздухе и был спасён благодаря мастерству и мужеству лётчицы. Не однажды был сбит и всё — таки посажен в расположении своих войск. Это ли не сплав героизма и боевого мастерства!

Для Ларисы Литвиновой небо с юности стало родной стихией. Поступив в 1938 году в аэроклуб, она вся отдалась изучению лётного искусства. Больше всего любила летать. Ещё в авиационной школе отточила своё мастерство. Стала отличной лётчицей. Не зря после школы её направили на инструкторскую лётную работу. Во время войны 33 её курсанта водили в бой самолёты. Обучая других, она продолжала учиться сама. Ей хотелось знать и уметь в воздухе всё. Она прошла специальную дополнительную программу штурманской подготовки. В то время в авиации почти не было штурманов — женщин. Поэтому с приходом в женскую боевую авиационную часть Лариса была зачислена в штурманскую группу, а когда полк был готов к боям, её сразу назначили штурманом эскадрильи.

Столь высокое назначение не обрадовало, а скорее огорчило Ларису. Ей хотелось летать, самой водить в бой самолёт. И только в Декабре 1942 года она добилась перевода на лётную работу — была назначена командиром звена.

В войну у лётчиков ночной бомбардировочной авиации день был для сна, а ночь — для боевой работы. Но какой сон днём! Только в непогожие ночи можно было вздремнуть, сидя в готовности в кабине самолёта. Но для лёгких ночных бомбардировщиков было мало таких ночей. Они летали и тогда, когда никакой другой самолёт не мог летать. У-2 — машина послушная, скорость невелика, с боевым грузом всего 100 — 120 километров в час. Посадить её опытный лётчик мог на любой поляне.

Лариса Литвинова была не только мастером вождения самолёта, но и отличным, хитроумным тактиком. Она находила решение боевой задачи даже тогда, когда, казалось, выполнить её было просто невозможно. И как правило, выходила из боя победителем. Об этом сами за себя говорят её боевые награды: два ордена Ленина и Золотая Звезда Героя, два ордена Красного Знамени, ордена Отечественной войны и Красной Звезды.

Каждый боевой вылет бывал труден, требовал приложения воли и умения, всех моральных и физических сил, каждый был насыщен неожиданностями, опасностями. Но особенно памятны для Литвиновой бои на Северном Кавказе в 1942 — 1943 годах. Они проходили в суровую пору, когда враг оставался ещё сильным, когда шла ожесточённая борьба за господство в воздухе. Это были очень трудные бои. Для Литвиновой они были к тому же и первой боевой школой, в которой она прошла в течение года все ступени, от начальной до высшей. Её аттестат за эту школу — ордена Красной Звезды и Красного Знамени.

…Это случилось в конце сентября 1942 года под Моздоком, когда советские войска вели трудную Моздок — Малгобекскую оборонительную операцию, встав на пути врагов, рвавшихся к важнейшим нефтяным районам Кавказа. Несмотря на ненастную осеннюю погоду, авиация 4-й Воздушной армии днём и ночью наносила бомбовые удары по скоплениям вражеских войск, по его подходившим резервам.

В одну из тех ночей Лариса Литвинова вылетела на боевое задание штурманом с командиром эскадрильи Серафимой Амосовой. Внизу ни огонька. И вдруг вдали показалась полоса светлого дыма от паровоза. Вражеский эшелон! Штурман быстро рассчитала, передала лётчице боевой курс и сбросила осветительную бомбу. Прильнув к прицелу, Литвинова с волнением ожидала момента, когда можно будет точно направить смертоносный груз в цель. Разрывы первых двух 50-килограммовых бомб взметнули землю правее эшелона. Досадный промах. Эшелон продолжал свой бег.

Небо вдруг засветилось от вспыхнувших лучей вражеских прожекторов. Пошарив вокруг самолёта, они скрестились на нём. Ударили зенитки. Лётчица попыталась вырваться из — под огня и применила противозенитный маневр, а эшелон тем временем уходил. И она снова легла на боевой курс. Под крылом самолёта оставалось ещё 2 бомбы. Направить их в цель было единственной мыслью экипажа. Не обращая внимания на рвущиеся снаряды и слепящий танец прожекторов, самолёт летел по прямой среди дымных шапок разрывов. Литвинова думала только об одном: не упустить эшелон, успеть прицелиться и сбросить бомбы прежде, чем они будут сбиты.

Неожиданно машину сильно тряхнуло, отбросило в сторону. На правой плоскости заплясали языки огня. Но лётчица упрямо продолжала выдерживать курс, а Литвинова не отрывалась от прицела. Только когда бомбы полетели в цель, лётчица бросила самолёт на крыло, чтобы скольжением сбить пламя. И это ей удалось. Самолёт резко пошёл вниз и вырвался из зоны зенитного огня.

Литвинова неотрывно смотрела в то место, где разорвались её бомбы. И вдруг радостно закричала подруге:

— Сима, смотри, он горит! А три задних вагона оторвались! Ура!

В ту же ночь другие экипажи лёгких ночных бомбардировщиков женского полка завершили разгром эшелона.

Советские войска вели тогда кровопролитные бои за «Голубую линию», созданную противником между Чёрным и Азовским морями на подступах к Таманскому полуострову. На юге она опиралась на мощный узел обороны, подготовленный в захваченной врагами части героического Новороссийска, а в центре важнейшими её узлами сопротивления были укрепленные станицы Киевская и Молдаванская. По этим объектам главным образом и наносили удары ночные бомбардировщики. Чуть ли не каждую ночь водила Литвинова свое звено то на Новороссийск, то на укреплённые станицы. Много раз видела с неба охваченную огнём и дымом Малую землю, уничтожала по заявкам моряков вражеские дзоты. Над «Голубой линией» приходилось преодолевать особенно сильную противовоздушную оборону. Именно здесь впервые встретились лётчицы с барражирующими в воздухе немецкими ночными истребителями, взаимодействовавшими с зенитными прожекторами.

В ночь на 1 августа 1943 года эскадрилья ночных бомбардировщиков получила задачу нанести бомбовые удары по целям, расположенным в треугольнике Киевская — Русская — Молдаванская. Самолёты уходили на задание один за другим с интервалом в 2 — 3 минуты. Литвинова шла четвёртой, головной в своём звене, вслед за первым звеном. Её штурманом была Надежда Студилина, смелая и способная девушка, только что начавшая лётную жизнь.

Примерно на полпути от аэродрома до цели (аэродром располагался в районе станицы Ивановской), когда самолёт пролетел над рекой Кубанью, лётчица увидела, как впереди, над районом целей, в небе вдруг встали 4 луча прожекторов и в их скрещении заметалась белая точка. Спустя минуту она вспыхнула и факелом пошла вниз. Тут же мелькнула страшная догадка: это первый самолёт эскадрильи. Лётчица прикинула по времени: именно сейчас он должен был выйти на цель. Но что случилось? В небе не разорвался ни один зенитный снаряд. Почему загорелся? Почему сразу же погасли прожекторы? Происшедшее поразило своей неожиданностью и загадочностью. А через несколько минут всё повторилось снова. На этот раз Литвинова заметила, как освещённую прожекторами белую точку прошила справа из темноты огненная трасса. Всё стало ясно. Во взаимодействии с прожекторами за нашими самолётами охотились ночные истребители.

Литвинова понимала, что впереди то же самое ждет и её. Однако даже на секунду у неё не возникла мысль повернуть назад. Знала одно: нужно выйти на цель и поразить её. И продолжала вести самолёт к тому месту, где только что видела гибель своих подруг. Какие — то минуты она ничего не предпринимала, чтобы избежать их участи.

Машинально прошла через линию фронта. До цели оставалось совсем недалеко, когда впереди снова вспыхнули прожекторы и вырвали из темноты светящийся бледным отраженным светом маленький самолёт. Теперь Литвинова чётко видела его контуры. Это был третий. За ним летела она. Огненная трасса, прошившая впереди идущую машину, будто бы пронзила её мозг и вывела из оцепенения. Лихорадочно заработала мысль: что можно в оставшиеся минуты сделать, чтобы уйти от гибели и выполнить поставленную задачу? Как обмануть врага? В боевой практике Литвиновой, которая к тому времени сделала уже более 400 вылетов, было немало хитроумных тактических приёмов. Чего только не случалось за прошедшие месяцы войны! И всегда она находила выход из самых критических положений.





Видя, как очередной самолёт факелом падает вниз, Литвинова решила было уйти вверх, подальше от земли. Но тут же поняла, что это ничего не даст, что надёжной защитой для У-2 всегда была близость земли, которую так не любят и боятся в бою истребители. Однако следовало ещё обмануть вражеских прожектористов, избежать их беспощадного света, предвещавшего гибель. Резко убрала газ. Почти не слышно стало мотора. Самолёт бесшумно планировал на цель. А Литвинова всё ещё видела на стеклах приборов отражение идущего ей навстречу яркого факела горящего самолёта. Только спустя какое — то время различила цифры приборов, быстро падающую вниз стрелку высоты. И теперь уже не отводила глаз от приборной панели, боясь оглянуться, ослепнуть вдруг от света прожекторов. Наблюдать за воздухом приказала штурману.

Прибор высоты показывал 500 метров, когда лётчица услышала голос Студилиной:

— Подходим к цели. Приготовиться.

Литвинова ответила:

— Ещё высоко. Пройдём цель и выйдем на неё с тыла, на меньшей высоте.

Цель находилась под ними, и прожекторы на этот раз не вспыхнули. Самолёт продолжал почти бесшумно планировать в темноте. Это было уже полпобеды. Лётчица почувствовала огромное облегчение. После долгого напряжения её на миг охватила слабость. Но тут же собралась вновь: главное было впереди — нужно поразить цель. Сделав разворот и продолжая снижение, лётчица снова зашла на цель. Молодцом оказалась и штурман. Студилина сделала всё, что требовалось от неё, и точно сбросила бомбы на объект. Высота была в то время менее 300 метров. Взрывной волной самолёт сильно тряхнуло.

Только тогда Литвинова осознала, что нарушила требование инструкции, которая запрещала сбрасывать бомбы мгновенного действия с высоты ниже 400 метров. Но теперь было не до инструкции. Взметнувшиеся ввысь после разрыва бомб лучи сразу 4-х прожекторов стали лихорадочно шарить в пустом небе, а Литвинова летела над самой землей, уходя из района цели. 200, 100 метров оставалось до земли. На такой высоте да ещё ночью вражеские истребители были не страшны. Лётчица включила мотор, самолёт взревел, остывший за время планирования двигатель брызнул искрами. В ответ, уже не с неба, а с земли, побежали пунктиры трассирующих пуль. Били вражеские автоматы и пулемёты.


Теперь Литвинову мучило другое: невозможнрсть предупредить шедших за ней подруг, посоветовать им повторить свой удавшийся маневр. У-2 не имели радиосвязи. Но может быть, девчата придумают что — нибудь сами? Позже Лариса Литвинова и Надежда Студилина узнали, что в ту трагическую ночь на цель удалось выйти и отбомбить только их экипажу" (конец цитаты).

Ещё об одном своём бое Лариса Николаевна вспоминает сама:  "Мне вспоминается первая боевая ночь над территорией Польши. И не потому, что не было более ярких эпизодов. В то время много писалось в газетах о злодеяниях немцев на польской территории и особенно в лагере Освенцим, где миллионы людей уничтожены в печах крематория. Под Ломжей, у переправы, надо было разбомбить живую силу и технику врага. Сделав все, что положено в этих случаях штурману полка, я готовилась к боевому вылету. Темнело. Наступало время вылета. Вечерняя тишина взорвалась рокотом сорока моторов. Один за другим взлетают с аэродрома груженные бомбами легкокрылые самолёты. В строгой очерёдности, вслед за другими экипажами, взлетаем и мы с командиром звена гвардии лейтенантом Катей Пискарёвой. Летала она до дерзости смело, знала отлично самолёт. На её счету за три года было свыше шестисот боевых вылетов, большое количество уничтоженной вражеской техники и живой силы.


Тепло и ясно. На небе ни облачка. Мы о чем-то беседуем, поверяем друг другу «девичьи тайны».





А цель уже близко. Впереди скрестились шесть прожекторов. В перекрестии – светлое пятнышко – самолёт. Вокруг него неистово пляшут огненные вспышки остервенело лающих снизу вражеских зениток. Много огня, целое море огня. Какое сердце не дрогнет при виде такого зрелища! А надо идти в этот кромешный ад. Там наши подруги, они в беде. Катя, не задумываясь, спешит на выручку. Смело врезается в зону огня. Мастерски маневрирует, ведёт самолёт то длинной, то короткой змейкой, то горкой, сбивает зенитчиков с толку, уходит из их прицела и упорно, настойчиво продвигается к переправе.

Я сбрасываю светящиеся бомбы, склоняюсь за борт и рассматриваю выхваченный из ночи освещённый клочок земли, ищу скопление врага. К нашему самолёту потянулись три голубых луча. По глазам резанул свет... Ослепил. Во мраке воспринимаю бой через слух и обоняние. Слышу противный звук рвущихся вокруг зенитных снарядов. По обшивке самолёта барабанят их осколки.

А Катя, милая Катя! Она ещё искуснее сплетает противозенитный манёвр. Но вырваться из лучей прожекторов не удаётся. Удар врага мы взяли на себя, выручая наших боевых подруг, которые уже успешно отбомбились. Я снова сбрасываю осветительные бомбы, их свет несколько ослабляет действие ярких лучей прожекторов. Прикрывшись рукавом, внимательно рассматриваю переправу, прилегающие к ней дороги. Вот они, черные точки... Целая колонна автомашин, две уже пылают-это дело наших подруг.

Вижу цель... Автомашины... Лево 20 градусов! Ещё немного! Так! Хорошо! Держать боевой курс! – подаю я команды лётчице.

Катя идеально выдерживает режим полёта, создаёт штурману возможность точного бомбометания. Но самолёт на боевом курсе – лучшая мишень для зенитчиков. Вдруг самолёт качнуло, повалило на крыло. Прямое попадание снаряда.

Не отрываясь от прицела, командую: - Держать боевой курс! Катя заставляет израненную машину принять нормальное положение. Томительные секунды прицеливания... Нажимаю рычаг бомбосбрасывателя.

Готово! Пошёл! – подаю знак отхода от цели. Снова змейки и горки, снова борьба с вражескими зенитками. Снова шквал огня.

А я наблюдаю разрывы бомб. Удачно. Бомбы взорвались в самой гуще автомашин. Взрывы, частые вспышки белого с синими и красными языками пламени. Так рвутся только боеприпасы. Значит, угодили правильно.

А обстрел продолжается. На нашем тихоходе вырваться из шести цепких рук прожекторов почти невозможно. Кажется, вот-вот конец... Но на помощь спешат подруги. Нам становится легче, часть огня и прожекторов переносится на них. Но ещё долго приходится вести смертельный поединок, пока, наконец, не оказываемся в спасительной темноте.

Четырнадцать минут были в обстреле, – говорю я Кате.

И так каждую ночь. Только над территорией Польши наш полк совершил 4.168 боевых вылетов. В одну из ночей было совершено 324 вылета. Некоторые экипажи по 17-18 раз были на бомбометании в эту ночь.


Конечно, не всегда и не всем выпадало счастье возвращаться с задания. Самое тяжёлое горе – это безвозвратные потери. На наших глазах в воздухе сгорели командир звена гвардии лейтенант Татьяна Макарова и штурман звена гвардии лейтенант Вера Белик. Погибла в боях за освобождение Польши командир эскадрильи гвардии капитан Лена Санфирова" (конец цитаты).

В апреле 1945 года Лариса Розанова вышла в запас.
В августе победного года вышла замуж за авиаинженера капитана Илью Литвинова, взяв его фамилию. Жила в Москве. До 1979 года работала старшим инженером ВНИИ источников тока. В 1948 году руководство страны отметило военные заслуги Ларисы почётным званием Героя Советского Союза. Примечательно, что документ был выписан на фамилию Розанова, хотя лётчица уже три года как была Литвиновой. К счастью, недоразумений при вручении награды не возникло. Лариса Николаевна опубликовала две книги - "Летят сквозь годы" и "Улица Татьяны Макаровой". Первая книга выдержала три издания. Скончалась Лариса Николаевна в глубокой старости, 5 октября 1997 года.
Tags: В небе "Ночные ведьмы", Великая Отечественная война, Вечная память, Жизнь замечательных женщин, История Отечества
Subscribe

  • Выстрел в светлое будущее

    18 сентября 1911 года в Киеве скончался Пётр Аркадьеич Столыпин, выдающийся государственный деятель эпохи Николая II и без преувеличения один из…

  • Сбитый лётчик

    ... или один против 179-ти Герой Советского Союза Василий Леонтьевич Дегтярёв (1915 - 1942) родился 1 (14) января 1915 года в селе Белгородка…

  • Полный Ништадт

    Как Пётр I Великую Северную войну закончил 10 сентября сего года исполнилось ровно 300 лет со дня подписания Ништадтского мирного договора между…

Buy for 10 tokens
То, чего я так боялся в прошлом году, увы, становится реальностью и приобретает конкретные очертания. Похоже, с нашими поездками на озеро Большое Унзово - окончательно и бесповоротно всё. Рейдерам, захватившим нижегородский НИИ Радиотехники (причём на безупречно законных основаниях захватившим -…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment