Михаил Маркитанов (mikhael_mark) wrote,
Михаил Маркитанов
mikhael_mark

Categories:

Никита Шмик. "Глупость" и реальность Берлинской операции

Набрёл на интересную статью о штурме Берлина, не могу не репостнуть. Оригинал здесь.

Приветствую, дорогой друг! Много ли тебе приходилось слышать о том, насколько идиотским и бессмысленным было решение о взятии германской столицы, мол-де немцы бы и так сами сдались в ближайшее время, как это уже произошло на Западе, а потому никакого смысла в наступлении на Берлин не было? Также некоторым развитием этой мысли служит утверждение, что раз уж уже начали сражение, то город стоило просто осадить, а не штурмовать — больше бы жизней сохранили.

Лично я с такими сталкивался довольно часто, и сей факт не может не вызывать сожаления. А потому сейчас постараюсь кратко изложить, зачем и как РККА Берлин брала.

От Норвегии до Адриатики

Пусть сказ о Берлинской операции начнётся… с Восточной Пруссии. Итак, январь-февраль сорок пятого, войска трёх советских фронтов начинают наступление против группы армий «Север», её оборона рушится, и вскоре она оказывается отрезана и рассечена на три группировки: кёнигсбергскую, хайльсбергскую (на юго-запад от города) и земландскую (строго к западу от него). Причём большая часть дивизий (ок. 20 из 32) были прижаты к морю именно в районе Хайльсберга, где не было крупных портов, а значит и возможности снабжать окружённых. Выход красноармейцев к заливу Фришес-Хафф позволил перекрыть подходы к Кёнигсбергу с моря — таким образом, хоть на какую-то помощь могла рассчитывать только самая слабая — земландская группировка, опирающаяся на Пиллау.




И что же вы думаете, окруженцы поспешили сдаться? Конечно же нет! Не успело наступление советской армии выдохнуться, как в ответ посыпались контрудары: из Курляндии на Земланд перебросили 5-ю танковую дивизию, и при поддержке корабельной артиллерии местных сил Кригсмарине она прорубила коридор к Кёнигсбергу; из самого города немцы двинулись навстречу прорывающимся из Хайльсберга, и остановить это наступление удалось только с большим трудом.






5-я панцердивизия контратакует.

Собственно, это очень показательный пример обороны в исполнении Вермахта: «Что, ситуация абсолютно безнадёжна? Да плевать! Мы будем держаться, пока можем, а при первой же возможности пойдём навязывать врагу свою волю — пусть его солдаты умирают под градом наших снарядов и гусеницами наших танков.»

И ресурсы для подобной деятельности были. После холодного душа Сталинграда механизмы германской промышленности и мобилизации развернулись на полную, помешать чему не смог даже всё раскручивающийся маховик союзных бомбардировок, а потому даже весной сорок пятого Рейх имел под ружьём миллионы солдат с тысячами танков, орудий и самолётов, а также боеприпасы и топливо для их использования. К тому моменту судьба Германии была предрешена, причём уже давно, и всё равно её вооружённые силы продолжали сражаться: Курляндский котёл сопротивлялся, россыпь «фестунгов» — городов-крепостей — держалась на огромном пространстве от Бискайского залива до Одера, а последнее стратегическое наступление Вермахта было не без проблем остановлено менее чем за два месяца до его падения.

Здесь кто-то может вспомнить стремительное продвижение союзников по Германии, дескать, где твоё хвалёное немецкое сопротивление? А оно было — в Руре. Именно окружение и последующее уничтожение (в течение нескольких недель, кстати) находящих там сил групп армий «Б» открыли англичанам и американцам дорогу к Гамбургу, Эльбе и равнинам Баварии: её просто физически некому было защищать. А в Голландии обошлось без окружений, и там бои кипели до самого конца войны.



Сражение за Западную Германию на карте…


И не только. КВ-2, захваченный при обороне одного из эссенских заводов.

Теперь к Берлину. Думаю, не надо объяснять, почему взятие вражеской столицы — это престижно, круто и пафосно, а также даёт «плюс» к пропаганде и политическим преференциям. И надеюсь, из всего вышесказанного понятно: ожидание того, что немцы сами приползут сдаваться, — мысли, мягко говоря, имеющие слабое отношение к действительности. Собственно, Берлин как раз и мог стать той точкой, удар по которой заставил бы Германию капитулировать. Мало того, что этот город был символом — он был политическим центром Рейха, местом, из которого ведётся управление войсками на всём бесконечном разнообразии фронтов и направлений, кроме того там сидел Гитлер — человек, нахождение которого во главе Германии делало продолжение войны неизбежным. Так что выбор у руководства Страны Советов был невелик: либо мы быстро берём Берлин, пленим или убиваем фюрера, и тем самым заканчиваем войну, либо она идёт дальше, и фронт от Норвегии до Адриатики продолжает собирать кровавую жатву, увеличивая и без того гигантские потери Союза в людях.

Aterro Dominatus

Что ж, вот мы и добрались до Берлинской операции. Начнём, как водится, с планирования. Исходило оно, по сути, из одного постулата: «Берлин — гигантский мегаполис, и при грамотной обороне его взятие потребует много времени и крови». Ни того, ни другого уже не было, а потому выход оставался только один. Регулярные, ещё боеспособные немецкие части не должны оказаться на улицах города, их участь — сгореть в «котлах» за его пределами, и когда Берлин сам окажется в окружении с немногочисленной солянкой из фольксштурмистов, полицейских и пожарных вместо гарнизона, его останется только расколоть как гнилой орех.



Сражение за Берлин. Расчёт на недопущение кого-либо в город виден сразу.

В итоге это и произошло, но путь к такому исходу лёгок не был. Самом известным пунктом на нём стало сражение за Зееловские высоты. Не буду утверждать, что при его обсуждении произошло больше разрывов, чем было при его ходе, ведь для прорыва этого укреплённого рубежа только стволов артиллерии было сосредоточено тысячи и десятки тысяч. Перед атакой на немецкие позиции обрушивался настоящий огненный дождь, а после их занятия обычно следовала контратака, которую просто сносило вихрем снарядов.

Да, солдаты Вермахта проявили завидные умение и упорство, рубеж был взят с задержкой и достаточно большими потерями их противника (правда, совсем не такими высокими, как обычно рисуют). Но это были вынужденные жертвы. Вряд ли кто-то будет спорить, что сражаться против пятидесяти тысяч в поле гораздо легче, чем со ста пятьюдесятью в городе, а ведь именно прорыв «плотины на Одере» позволил предотвратить последнее. 24 апреля (хотя на самом деле основные коммуникации были перерезаны ещё раньше) кольцо окружения замкнулось за спиной 9-й армии Бюссе — последняя надежда Берлина теперь могла быть занята только собственным спасением. И сразу отмечу, что вышло у неё всё не очень хорошо.



1 из 4
Результаты прорыва 9-й армии из окружения.

На следующий день изолирован от своих был уже сам город. О какой-то осаде речи не шло, и было для этого несколько причин. Во-первых, слабость гарнизона: для удержания столь гигантского населённого пункта просто не хватало личного состава. Его качество тоже вызывало большие вопросы: «боевых» частей было мало, тот же 56-й танковый корпус Вейдлинга, отошедший на улицы с Зееловских высот, успел ужаться до 10-15 тысяч человек. В основным это были уже упоминаемые фольксштурмисты, пожарные, полиция, зенитчики и т.д. Кроме того, можно упомянуть про неподготовленность обороны как таковой. Например, значительная часть складов с боеприпасами, продовольствием и прочими необходимыми для войны вещами находилась на окраинах. Таким образом, любое промедление означало укрепление города и, как следствие, большие потери в боях за него.

Кто-то может спросить: «А что мешало, например, уничтожить город артиллерией вместе с гарнизоном или вообще дать это сделать авиации союзников?». Дело в том, что немцы отчаянно пытались Берлину помочь, а потому сражающиеся на периферии опять попали под град ударов, при отражении которых несли немаленькие потери. Про один такой эпизод я уже когда-то писал и надеюсь, что итоги сего сражения ясно показывают порочность идеи сидеть напротив не взятого Берлина и ждать его спасителей. Тут даже цифры говорят сами за себя: из 350 тысяч общих потерь в Берлинской операции на штурм самого виновника торжества приходится не более сотни.



На одной из берлинских улиц.

Значение же его трудно переоценить. Уже 3 мая, спустя день после падения Берлина, первые дивизии самой боеспособной из групп армий — «Центр» — начали несанкционированный отход на запад, вскоре положение узаконил возглавлявший её Фердинанд Шёрнер. «Генерал стойкость», истовый нацист, успевший прославиться своей любовью восстанавливать оборону вверенных ему частей посредством живительных расстрелов, приказал своим войскам идти сдаваться, после чего переоделся в гражданское и поспешил лично выполнить собственные указания одним из первых. Прекрасная иллюстрация коллапса Рейха, начавшегося после гибели Гитлера и берлинского гарнизона. А затем была капитуляция, и к середине мая отгремели последние бои. Война в Европе закончилась, и точку в ней поставила Красная Армия, одержав победу в крупнейшем за всю историю сражении.

Tags: Великая Отечественная война, История Отечества
Subscribe

promo mikhael_mark december 26, 2019 12:52 8
Buy for 10 tokens
Как известно, одним из главных аргументов тех, кто категорически выступает против передачи храмовых зданий верующим, является ограниченность финансовых ресурсов у Церкви и отсутствие понимания "всей всемирно культурной ценности этих старинных памятников". В итоге, делается вывод,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment