Михаил Маркитанов (mikhael_mark) wrote,
Михаил Маркитанов
mikhael_mark

Categories:

Под Новодмитриевской, снегом занесены...

28 - 29 марта 1918 года, 100 лет тому назад, произошло сражение у станицы Новодмитриевской. Событие, благодаря которому весь Первый Кубанский поход Добровольческой Армии стал именоваться Ледяным походом. Этот бой лишний раз подтвердил давно известную истину, что для русского человека, если он ясно видит перед собой цель, невозможного мало. К сожалению, Белая Армия Гражданскую войну проиграла. И о подвигах тех, кто штурмовал Новодмитриевскую, мы узнаём только сейчас, спустя век. Красные же о том сражении вспоминать не любили - ибо с их стороны в том бою героизма как раз и не было.





Сергей Леонидович Марков. Бой под Новодмитриевской - в первую очередь его подвиг
и его слава.




Накануне, 27 марта 1918 года (все даты для удобства приводятся по новому стилю), состоялась встреча Добровольческой Армии с одним из полков белого Кубанского отряда, прибывшего к добровольцам в ауд Шенджий. Вместе с этим полком в аул прибыл и сам командующий Кубанским отрядом генерал (белогвардейского производства) Покровский, который имел переговоры с генералами Корниловым и Марковым. В ходе этих переговоров условились, что добровольцы и кубанцы совместным ударом освободят от большевиков хорошо укреплённую ими станицу Новодмитриевскую, после чего армии объединятся для совместной борьбы за Екатеринодар. Новодмитриевская находилась на пути от Шенджия к Екатеринодару. "Это движение к Новодмитриевской, писал впоследствии А.И. Деникин в "Очерках Русской Смуты", — на юго-запад, а не на Калужскую — в горы, где нас ждали бы голод и распыление — носило в себе идею активной борьбы, свидетельствовало об уверенности в своих силах и предрешало ход дальнейших событий".

Погода, однако, не благоприятствовала белогвардейцам в их замыслах. С самого утра дул пронизывающий норд-ост и лил проливной дождь. Дорога раскисла, колёса пушек и подвод увязали в грязи по самые ступицы. Обмундирование промокло насквозь, на это уже никто не обращал внимания. Колонна двинулась. На пронизывающем ветру, в мокрых шинелях люди зябли, не имея ни малейшей возможности согреться. Кое-как нашли какие-то навесы, под которыми можно было спрятаться от дождя - сделали остановку. Но навесы не защищали от ветра. В конце концов, стало ясно, что идти всё же теплее, чем стоять на пронизывающем ветру в мокрых шинелях. На необходимость переходить небольшие речушки и канавы, наполненные водой, никто уже не обращал внимания - в сапогах всё равно булькала вода. В.Е. Павлов вспоминал: "Надо переходить канаву шириной в 3-4 шага, наполненную до краев водой. К счастью, на краю канавы обнаруживается громадная коряга. Соединенными усилиями нескольких человек, ее бросают на середину канавы: теперь можно перепрыгнуть канаву двумя большими скачками, не задерживаясь на ней. Прыгает первый... коряга переворачивается, и скакун растягивается в воде. Он ничего не потерял, т. к. до прыжка уже был совершенно мокр. Он остается, выше, чем по колено, в воде, придает коряге устойчивое положение и придерживает ее. Скачут следующие. Несколько офицеров перескочили удачно, но корнет Пржевальский растягивается в воде. Оставшись в ней, он также придерживает корягу. Дальше все шло благополучно: все были на той стороне, и застава продолжала свой путь".

Очень быстро, однако, оказалось, что проливной дождь и ледяной ветер - ещё не самое тяжкое испытание. Дождь сменился сильным снегопадом, резко завернуло холодом, и промошкая насквозь одежда бойцов покрылась ледяной коркой. Двигаться стало совсем трудно. Ноги в заполненных водой сапогах коченели, руки немели от холода. Снег валил так густо, что в походной колонне не видели спин впереди идущих товарищей - в двух шагах впереди всё вливалось в сплошное месиво. Колёса орудий вмерзают в размокшую землю, кони не могут сдвинуть их с места, пехоте приходится помогать артиллеристам выталкивать орудия.





Марковцы в Ледяном Походе.



Генерал Марков, командовавший Офицерским полком, как мог, подбадривал своих подчинённых. Однако даже его блестящее понимание военной психологии разбивалось о пределы человеческих возможностей - колонна двигалась медленно.

На подступах к станице, благодаря снегопаду, удалось незамеченными подкрасться к красной заставе и захватить её врасплох. В этот раз белые решили нарушить приказ Корнилова - красных взяли в плен. Они были нужны в качестве проводников и охотно согласились исполнить эту роль.

К 17-00 колонна Офицерского полка приблизилась к реке. Марковец В.Е. Павлов называет её Чёрной, однако, в окрестностях станицы Новодмитриевской нет реки с таким названием. Вероятно, речь идёт о реке Шебш, на берегу которой, собственно, и построена станица. Эта река едва не стала для Добровольческой Армии непреодолимой преградой. Из-за продолжительного дождя и столь же продолжительного сильного снегопада она разлилась и вышла из берегов. Поднявшаяся вода полностью скрыла от глаз наступающей Белой Армии мост, по которому из станицы вышла красногвардейская застава. Генерал Деникин, также принимавший участие в штурме Новодмитриевской, вообще полагает, что мост был разлившейся рекой смыт. А вот в каком состоянии видит Шебш В.Е. Павлов - описание очень яркое и образное: "То, что преграждало путь армии, не было похоже на реку: это было нечто серое, месиво из воды и снега, быстро текущее".

Итак, армия, имеющая своей конечной целью освобождение России от узурпаторов, а ближайшей - освобождение от них же Екатеринодара, встречает на своём пути препятствие в виде сильно разлившейся бурной и холодной реки, по которой течение несёт шугу. Ночевать в поле невозможно - промокшую до нитки армию под снегопадом мороз доконает очень быстро. Единственный выход - всё-таки форсировать реку и овладеть станицей, которую укрепили красные. Там, в станице, можно будет и просушиться, и обогреться, и перекусить.



Река Шебш, современное фото. В марте 1918 года она была совершенно не похожа
на этот умиротворённый пейзаж


Марков приказывает пленным красногвардейцам найти мост. Пленным приходится искать его на ощупь, стоя в ледяной воде. Наконец, мост находят - он скрыт под разлившейся рекой. Конный текинец из конвоя генерала Корнилова переезжает Шебш по этому мосту в обе стороны. Переехать возможно - но воды над мостом по колено, а перед и после моста - по пояс. На всё это уходит время - а армия стоит на берегу, засыпаемая снегом, в обледенелом обмундировании, с окоченевшими вконец руками, не имея возможности согреться. Наконец, текинец возвращается.

В этих условиях Марков принимает единственно возможное решение. Все конные части, находящиеся в распоряжении армии, было решено задействовать для переправы. Пехоте приказано переезжать реку на крупах лошадей и сразу же, не дожидаясь "задних", двигаться на станицу. А верховым - возвращаться назад за новыми партиями пехотинцев.

Первым через реку перебрался 3-й взвод первой роты. Вместе с этим взводом переехал реку и генерал Марков. Взводу было приказано немедленно атаковать станицу, причём действовать только штыками. Приказ был более, чем уместный: судя по тому, что красные до сих пор не открыли огонь по наступающим белогвардейцам, они сейчас попрятались по домам и ни о чём не догадываются. Есть шанс взять станицу внезапным ударом и малой кровью, но чтобы удар был действительно внезапным, его надо нанести в полной тишине. Марков идёт вместе со взводом, оставив у переправы своего верного начальника штаба полковника Тимановского.



Николай Степанович Тимановский. В 1918 году - полковник. Впоследствии -
генерал и командир Марковской Офицерской дивизии.




В полной тишине марковцы вступают в станицу. Расчёт Сергея Леонидовича полностью оправдался - красные попрятались по домам и нападения не ждут. Вероятно, Новодмитриевская так и была бы занята без боя, если бы не случайность: вышедший из одной из изб красногвардеец разглядел в темноте двигающийся по улице строй. На вопрос, откуда они, один из белых офицеров ответил: "Из Екатеринодара!" "Пополнение, стало быть?" - переспросил красный. "Пополнение", - ответил офицер. Однако, красногвардеец заподозрил неладное и бросился на офицера. Надо отдать должное его отваге - бросился безоружный. Офицер закоченевшими руками не смог снять с плеча примёрзшую к шинели винтовку, и ею попытался завладеть красный. Неизвестно, чем бы кончилось дело, если бы оказавшийся поблизости Марков не выручил своего офицера, уложив нападавшего выстрелом из револьвера.

Это был первый выстрел сражения за Новодмитриевскую. Красные не услышать его не могли. Теперь ни о какой внезапности не могло быть и речи - теперь залог спасения заключался только в быстроте действий, чтобы не дать противнику опомниться. К счастью, на выручку третьему взводу в станицу успела прибыть с переправы довольно мощная сила - в лице трёх рот Офицерского полка. Выбегавших из домов красных встречали в штыки и гнали по станице. В суматохе обычными были сцены подобные такой: прямо на белогвардейцев выскакивает в одной исподней сорочке большевик и орёт: "Товарищи, не разводите панику!" "А ты кто таков?" - следует вопрос белого офицера. "Председатель военно-революционного комитета!" - не без гордости отвечает красный - и тут же падает, пронзённый штыком. "Что вы наделали с нашим председателем?" - кричит рядом другой. "А ты кто?" - следует вопрос. "А я - секретарь", - и труп секратаря падает тут же, рядом.

Другая сцена. Около одного из домов наступление белых задерживается. Подошедший полковник (впоследствии генерал) Кутепов спрашивает, в чём дело. Выясняется, что в доме много красных. Кутепов решительно входит в дом один. Красногвардейцы, оказывается, даже не догадываются, что вокруг них происходит, сидят и мирно пьют чай. Кутепов решительно становится между ними и их винтовками, составленными у стены. "Какого полка?" - следует вопрос генерала. "Варнавинского", - отзываются красногвардейцы - видимо, солдаты-демобилизанты. Какой леший погнал их, "уставших от войны", в бой против своих соотечественников? "А мы - Офицерского", - спокойным деловым тоном отвечает Кутепов. - "Выходить по одному!" Никто из красных, несмотря на всё их численное превосходства, даже не подумал сопротивляться.




Александр Павлович Кутепов в форме Марковского Офицерского полка


На одной из улиц на наступающих марковцев неожиданно налетает четырёхорудийная красная батарея. Белые пытаются остановить её, красные в ответ открывают огонь. Короткая схватка - и орудия достаются белым.

Впрочем, красные быстро опомнились. Да, на стороне белых была внезапность - большевики никак не ожидали, что их могут атаковать в такую жуткую погоду, а сплошная стена снегопада скрыла от них наступающие цепи белых. Но красных в станице было 3 тысячи человек, в то время, как основная масса белых ещё толпилась у переправы. Организованное вооружённое сопротивление ещё могло переломить ситуацию в пользу большевиков, ибо силы Добровольческой Армии были уже на исходе.  

И вскоре белым пришлось столкнуться с организованным сопротивлением. Большевики лишились возможности встретить их в окопах, открытых по периметру станицы - но теперь они вполне могут втянуть добровольцев в уличные бои, что и делают. Штыками прокладывать себе путь больше не получается - приходится подтягивать пулемёты, а до той поры, пока они прибудут - залегать. А слева от станицы по переправе, через которую вслед за марковцами переправляются корниловцы и Партизанский полк, начинает стрелять красная батарея.

Марков к этому времени успевает вернуться к переправе, где застаёт четвёртую роту и при ней - двухорудийную батарею. Артиллеристам и 4-й роте следует приказ - заставить красную батарею замолчать. 4-я рота движется в обход станицы. По дороге одно из орудий безнадёжно застревает, вмерзши в грунт - его приходится бросить. Второе орудие всё же выкатывают на позицию, четвёртая рота залегает за ним. Следует артиллерийский выстрел  - единственный со стороны белых за весь этот день, пушка откатывается... и тоже вмерзает в грунт. Ни сдвинуть её, ни повернуть больше не получается. Однако, этот единственный выстрел каким-то чудом своё дело сделал - красная батарея замолкла. 4-я рота остаётся лежать перед позицией разбитой батареи - за пеленой снега не видно, что происходит у красных, на всякий случай надо быть готовыми атаковать батарею - никаких других способов её уничтожить у них больше нет. И они лежат на сырой земле, засыпаемые снегом, на морозе, лежат часами, ожидая непонятно чего. В конце концов, решают послать на разведку полковника Биркина, который, пробравшись в станицу, в первом же дому обнаруживает .. генерала Деникина. Основные силы армии переправились через Шебш и планомерно, дом за домом, занимают станицу.



Добровольческая Армия форсирует Шебш у Новодмитриевской




К полуночи наступательный порыв офицеров выдохся. Белые кое-как разбрелись по домам, чтобы обогреться и обсушиться - весь день у них не было такой возможности. Спать старались не ложиться, опасаясь контратаки красных, да и невозможно было заснуть в заледеневших и мокрых мундирах. Однако с рассветом на следующий день, кое-как обогревшись, белые быстро разобрались по своим полкам и ротам (в ходе наступления части и подразделения изрядно перемешались) и были готовы продолжить бой. Однако, красные уже не думали об организованном сопротивлении. Кое-где они ещё огрызались отдельными выстрелами, но в целом спешили поскорее покинуть станицу, оказавшуюся для них ловушкой. К полудню бой был повсеместно окончен. Оставалось подсчитать потери и трофеи и распределить части по квартирам. К вечеру большевики попытались перейти в контратаку, но были без труда отбиты.

В бою за Новодмитриевскую красные потеряли до тысячи человек убитыми. Всего же, по словам месных жителей, оборону в Новодмитриевской занимало 3 тысячи красных - больше, чем к этому времени оставалось в строю у Добровольческой Армии. Непогода, которая едва не погубила армию, в то же время позволила подобраться к станице незамеченными и в итоге выиграть сражение малой кровью. Примечательно, что Покровский со своим Кубанским отрядом, который должен был атаковать станицу с юга, так и не вышел к ней - передвижение по такой непогоде он посчитал невозможным. Но оказалось, что для русской армии, ясно видящей и осознающей цель, невозможного очень мало.

Ночью, когда утомлённые марковцы и часть корниловцев, успевших переправиться, располагались в домах на обогрев, инженерной роте было приказано чинить мост, повреждённый наводнением, а ещё более - артиллерийским огнём красных. Приходилось работать по грудь в ледяной воде, но белые инженеры с поставленной задачей справились. Правда, подводы по этому мосту проехать всё равно не смогли бы, пока не спадёт вода. Поэтому шедший с армией медицинский персонал (состоявший преимущественно из девочек-гимназисток, вызвавшихся быть сёстрами милосердия) переходил реку вброд. Девушки брели по грудь в ледяной воде пополам с шугой, поднимая высоко над головами сумки с перевязочными материалами - самое ценное, что у них на тот момент было. Они понимали, что в станице идёт бой, и что их помощь может понадобиться в любую минуту. Впрочем, раненые были и на прртивоположном от станицы берегу - найдя кое-какие ветхие постройки, добровольцы немедленно разобрали из на дрова и развели костры. Эти костры были хорошо видны с красного берега, и по ним била артиллерия большевиков - пока 4-я рота с приданным ей единственным орудием не заставили её замолчать. По счастью, основной обоз с ранеными, во избежание лишнего риска, был отправлен к Покровскому. Иначе потери от непогоды и обстрелов красных могли бы оказаться существенно больше. Всего же Марковский Офицерский полк потерял в бою за Новодмитриевскую двоих убитых и до 10 раненых, 2 - 3 человека потеряла артиллерийская батарея. 4 человека убитых и 22 раненых оказались во втором эшелоне армии, пререправлявщемся следом за марковцами.

Впоследствии одна из белых сестёр милосердия на участливый вопрос генерала Маркова, как она перенесла трудности похода и бой, ответила: "Это был настоящий ледяной поход!" "Да-да, Вы правы!" - с энтузиазмом подхватил Марков. Название, метко данное девушкой, настолько точно передавало суть пережитого армией за два дня, что стало крылатым, прочно закрепившись не только за наступлением на Новодмитриевскую, но и за всем Первым Кубанским походом.

По оценке генерала Деникина, бой у Новодмитриевской по праву может считаться "славой генерала Маркова и славой Офицерского полка". Скажем прямо - Марков такую оценку заслужил, проявив под Новодмитриевской не только личную отвагу, но и несомненное полководческое дарование.

_________________________________
См. также:
1) 100 лет Ледяному походу.
2) Ледяной Поход - поражение или победа?
3) Генерал Алексеев в Ледяном Походе.
4) Отец-командир (о Сергее Леонидовиче Маркове)
5) Бой у Лежанки.
6) Девушки в борьбе за честь России.
7) Заколдованное место - Выселки.

Tags: Белые, Гражданская война, История Отечества, Ледяной Поход, Марков и марковцы
Subscribe

Buy for 10 tokens
То, чего я так боялся в прошлом году, увы, становится реальностью и приобретает конкретные очертания. Похоже, с нашими поездками на озеро Большое Унзово - окончательно и бесповоротно всё. Рейдерам, захватившим нижегородский НИИ Радиотехники (причём на безупречно законных основаниях захватившим -…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments