Михаил Маркитанов (mikhael_mark) wrote,
Михаил Маркитанов
mikhael_mark

Categories:

Плевна - гордиев узел Болгарской кампании. Продолжение.

Начало см. здесь.

Поражение второго штурма Плевны не просто болезненно ударила по самолюбию русского генералитета. Оно полностью изменило стратегическую обстановку на Балканах. Если поначалу наступление русской Дунайской Армии развивалось более чем успешно, и солдаты рассчитывали кончить войну до конца лета, то теперь кампания явно затягивалась. У русского Передового отряда, прорвавшегося за Балканы, в тылу неожиданно оказывалась крупная вражеская группировка. Причём неожиданно выяснилось, что противника не стоит недооценивать - турки, как оказалось, вполне умеют бить русских. Более того - что особенно было непонятно потомкам Суворова, Румянцева и Потёмкина - турки умеют бить русских, находясь в меньшинстве. А против Передового отряда Гурко неожиданно обнаружилась ещё одна турецкая армия, ещё более многочисленная, чем плевненская - под командованием Сулеймана-паши.




Великий князь Николай Николаевич Старший -
верховный главнокомандующий Русской Армии в 1877 - 1878 годах.


Продолжать наступать за Балканами, развивая операции против Сулеймана, означало предоставить Осману-Нури возможность в любое время воспользоваться удобными проходами через горы и выйти наступающим русским войскам в тыл. Русская армия оказалась бы в этом случае в стратегическом окружении. Оставалось одно - закрывшись от Сулеймана мощными заслонами (эту роль отвели отрядам генералов Ф.Ф. Радецкого и Н.Г. Столетова) и перейдя к обороне, сосредоточить основные силы вокруг Плевны, после чего - снова попытаться овладеть этим городом и разгромить Османа-Нури. Именно на таком решении и остановился русский главнокомандующий великий князь Николай Николаевич.

На сосредоточение войск потребовался целый месяц. За это время удалось не только стянуть к Плевне несколько отрядов Дунайской Армии, но и договориться о вступлении в войну Румынии. Румыния на момент начала Русско-Турецкой войны представляла из себя княжество, формально находившееся в вассальной зависимости от Турции, но имевшее свою армию и управлявшееся собственным наследным князем. Вся зависимость её от Турции сводилась к выплате дани. С началом Русско-Турецкой войны руководству Румынии быстро смекнуло, что война - это прекрасный повод обрести формальную независимость, а для румынского князя - получить вожделенный королевский титул. В итоге к середине августа 1877 года под Плевной, помимо 52 тысяч человек русской Дунайской Армии, сосредоточилось до 32 тысяч румын во главе с самим претендентом в короли. Главнокомандование силами штурмующих было вверено румынскому князю Каролю I, фактически же командование осуществлял русский генерал П.Д. Зотов, назначенный к нему в начальники штаба. Верховное руководство сохранял за собой великий князь Николай, кроме того, в Ставке присутствовал император Александр Освободитель, который, хоть и не занимал никакой формальной должности (как он сам говорил, "прибыл в действующую армию в качестве брата милосердия"), фактически сохранял за собой всё обаяние царского титула, что вынуждало верховное командование действовать с оглядкой на императора.  Такое обилие начальства сковывало инициативу генералов. Получилось по поговорке: у семи нянек дитя без глазу.


Павел Дмитриевич Зотов, русский генерал, руководивший
3-м штурмом Плевны.



19 августа 1877 года (1 сентября н.ст.) войска генерала М.Д. Скобелева атаковали город Ловча и к 22 августа овладели городом. Это стало первым шагом на пути к полной блокаде Плевны и уменьшило силы турок на три батальона. Кроме того, атака на Ловчу позволило Скобелеву открыть несколько новаторских тактических приёмов, к которым до него ни один русский генерал не прибегал - в частности, залегание под вражеским огнём, которое русские военачальники считали постыдным малодушием, что приводило к неоправданным потерям. Примечательно, что Осман-Нури-паша попытался нанести удар в тыл русским войскам, чтобы оказать помощь ловчинскому гарнизону, но пробиться к Ловче не сумел и отступил к Плевне. Эта неудача Османа-Нури вернула русским войскам уверенность в себе. Накануне генерального штурма никто не сомневался, что на этот раз Плевна падёт. Не сомневались настолько, что приурочили штурм к именинам царя, решив преподнести государю Плевну в подарок.

Между тем, Осман-Нури использовал данное ему время на то, чтобы по максимуму укрепить Плевну. Полевые укрепления, выстроенные им перед вторым штурмом (едва не кончившимся удачей - русским военачальникам не хватило упорства и согласованности в действиях) турки значительно усилили. Увеличилось число редутов, город опоясали окопы в несколько рядов. Между окопами и редутами имелись ходы сообщения, прорытые в земле, что позволяло Осману-Нури манипулировать своими войсками незаметно для неприятеля и с максимальной безопасностью для солдат. Турки отказались от обороны ряда пригородных деревень из-за враждебности их населения - однако хорошо пристреляли эти деревни со своих позиций. Тем самым они подстраховали себя от удара в тыл. Из города заблаговременно вывезли раненых (включая тысячу русских солдат, подобранных на поле боя после второго штурма Плевны - раненым русским турки оказали медицинскую помощь, впервые в истории русско-турецких войн), освободив места в госпиталях на случай нового штурма. Таким образом, город был подготовлен к отражению нового русского наступления.

Слабым местом в обороне Плевны было западное направление. Русско-румынские войска к концу августа обложили Плевну полукольцом с севера, востока и юга. Именно там Осман-Нури и постарался возвести как можно более мощные укрепления, там же сосредоточил и свои основные силы. Решись русские на обходной манёвр и ударь с незащищённого западного направления - и штурм действительно завершился бы успехом: превосходство в силах у нашей армии было подавляющим. 84 тысячи человек против 32-х тысяч у Османа-Нури. Трудно сказать, чего опасался Николай Николаевич. Возможно - новой вылазки турок с ударом во фланг передислоцирующимся русским войскам. Возможно - он просто переоценивал силы турок, которые, как предполагали в русском штабе, составляли не менее 80 тысяч человек (оценка, завышенная почти в три раза!). Так или иначе, но русская армия осталась на своих прежних позициях, атаковав Плевну с самого укреплённого направления.



Перед штурмом была произведена тщательная разведка прилегающей местности, по которой приходилось наступать. Повторять ошибок "Второй Плевны" никто не хотел. Однако разведка самих турецких укреплений так и не была произведена. Расположения вражеских войск русское командование тоже не знало. В результате продолжавшаяся почти пять дней (с 26 до середины дня 30 августа) артподготовка ничего не дала - турки совершенно спокойно уходили по траншеям из-под огня, после чего возвращались на позиции и за ночь исправляли повреждения. В актив себе русские артиллеристы могли записать только взрыв склада с боеприпасами на одном из редутов и поджог фуража на другом. В ответ турки подвергли варварской бомбардировке деревню Радишево. Русские не смогли помешать этому зверству, в результате чего их авторитет в глазах болгар существенно пошатнулся.

Наступление русские войска начали разрозненно. Отряд генерала Скобелева, полагавший (в соответствии с присланными ему распоряжениями), что общий штурм начнётся 28 августа, накануне с ходу сбил турок с Зелёных гор (тех самых, на которых этот же отряд сражался во время Второй Плевны) и вышел к редуту Каванлык, где был остановлен контратакой турок. Благодаря умелому руководству со стороны Скобелева Калужский пехотный полк удалось отвести и закрепиться на втором гребне Зелёных гор, отразив турецкое контрнаступление. Однако в ночь с 27 на 28 августа стало известно, что штурм переносится. Теперь выдвинутое вперёд положение Скобелева становилось опасным - у его отряда оказывались обнажённые фланги. Михаил Дмитриевич, скрепя сердце, принял решение отойти к первому гребню, на котором и закрепился.


Картина Василия Верещагина "Перед атакой" изображает русские войска, изготовившиеся к штурму Плевны.



30 августа 1877 года лил проливной дождь. Из-за этого атака задержалась. Лишь в 15-00 русские войска двинулись на штурм по раскисшей земле, в которой увязали едва ли не по колено. И попадали под огонь турок, батареи которых не смогла подавить четырёхдневная артподготовка, стоившая врагу потери лишь 500 солдат.

Основной удар русские войска наносили на хорошо укреплённые Гривицкие редуты. Причём русское командование видя перед собой мощный редут Канлы-табия, даже не предполагало, что за ним находится ещё один - Баш-табия. Солдатам, наступавшим под огнём по раскисшей земле, приходилось выбивать турок из окопов, потом преодолевать ров, а затем - карабкаться по земляной насыпи редута - по мокрой, скользкой земле, под огнём противника. Канлы-табию удалось взять только к 18-00 ценой огромных потерь, в частности, погиб командир Архангелогородского пехотного полка Н.П. Шлиттер и ранен комбриг Н.П. Родионов. После того, как редут был взят, Родионов, превозмогая боль, распорядился поднять над ним румынский флаг (русского поблизости не имелось), чтобы русская артиллерия прекратила по нему огонь.

В центре русских позиций Угличский и Ярославский пехотные полки перешли в наступление на три часа раньше остальных русских сил, благодаря чему попали под особенно сильный огонь. Начавшееся спустя три часа наступление Казанского и Шуйского полков также не достигло успеха. Резервы к наступающим русским войскам вовремя не прибыли: Воронежский полк перешёл в наступление уже после отхода казанцев и шуйцев, а Галицкий - после отступления воронежцев. Эти разрозненные атаки легко отбивались врагами с большими потерями для наступающей русской пехоты.


Штурм Плевны



Лишь отряду генерала Скобелева удалось добиться серьёзного успеха. К 16.25 войска Скобелева смогли овладеть редутом Исса-ага. Михаил Дмитриевич разыграл атаку как по нотам, своевременно вводил в бой резервы, а под конец атаки появился перед строем своих залегших солдат лично - на белом коне и в белом кителе, хорошо заметный вражеским стрелкам. Как последний резерв. Появление любимого генерала вселило уверенность в солдат, и последним отчаянным рывком они выбили турок из редута. Немедленно подвезённые туда русские пушки открыли огонь по турецкому редуту Каванлык и подавили стоявшую там батарею. К 18-00 редут Каванлык также оказался в руках русских. До Плевны оставалось 300 шагов. Но к этому времени все русские резервы оказались израсходованы. Александр Освободитель, видя неудачу штурма на остальных направлениях, не решился поддержать Скобелева. Почему - об этом я уже говорил. Хотя Осман-паша справедливо оценил успех своего младшего русского коллеги и был готов отдать приказ об отступлении от Плевны. Видя, однако, что подкреплений к русским не прибывает, он лично возглавил атаку на скобелевские редуты и после четырёх неудачных штурмов в пятой атаке сумел вернуть их себе.

К концу дня 31 августа 1877 года поражение нарисовалось вполне отчётливо. Русская армия потеряла 13 тысяч человек, плюс 3 тысячи составили потери румынской стороны. Несмотря на то, что до самой последней минуты сражения маятник качался, туркам удалось сохранить Плевну за собой, продолжая приковывать к городу основные силы русской армии и не позволяя перенести войну за Балканы. Война затягивалась.


Василий Верещагин. Картина "После атаки. Перевязочный пункт под Плевной".

Великий князь Николай Николаевич был настолько удручён поражением, что готов был отдать приказ об отходе обратно за Дунай. И здесь впервые проявилась положительная роль императора Александра. Весь день штурма император находился на своём наблюдательном пункте, несмотря на проливной дождь. Наблюдал за сражением, но старался не вмешиваться в распоряжения командиров. Теперь настала пора вмешаться. Царь категорически запретил вести какие-либо разговоры об отступлении. Более того - он своей личной волей сохранил на своём посту начальника штаба А. Непокойчицкого, которого великий князь готов был превратить в козла отпущения. Генерал П.Д. Зотов, действовавший нерешительно в день генерального штурма и не сумевший организовать разведку укреплений неприятеля, был отрешён от своей должности. Из Петербурга вызвали героя Севастополя генерала Эдуарда Тотлебена, которому и решили поручить взятие Плевны.

Эдуард Тотлебен, прибывший в действующую армию, первым делом побеседовал с героем 30 августа генералом Скобелевым. После чего явился на военный совет. И решительно отверг идею нового штурма. Инженерному гению Османа-Нури было решено противопоставить правильную осаду. Тотлебену удалось путём нескольких частных операций (одной из которых стал штурм Горного Дубняка и Телиша) добиться полной блокады Плевны, исключить всякий подвоз в город боеприпасов и продовольствия и подход подкреплений. Русские войска начали обустраиваться на позициях, рыть траншшеи, сооружать артиллерийские гнёзда. А ещё - строить себе жилища на случай зимовки. В этот период сполна проявились способности Михаила Дмитриевича Скобелева, солдаты которого неизменно были обуты, одеты и накормлены лучше, чем в остальной армии. Отважный вождь-атаман в бою, Михаил Дмитриевич во время осады проявил себя заботливым и рачительным командиром-хозяйственником. Русские войска вели инженерные работы, опоясывая Плевну сплошным кольцом полевых укреплений и неуклонно приближаясь к городу. А у осаждённых таяли ресурсы. Кончались боеприпасы, кончалось продовольствие. Турки были вынуждены забить своих лошадей, чтобы не остаться без мяса.


Эдуард Иванович Тотлебен, русский полководец и военный инженер, взявший Плевну.



Конечно, страдало и мирное население. В этой связи стоит специально оговорить целесообразность мер, принятых Тотлебеном. Во-первых, отказ русской армии от осады и подготовка нового штурма при возможности для Османа-Нури беспрепятственно получать подкрепления не гарантировали успеха русской стороне. Не факт, что четвёртый штурм Плевны ускорил бы её падение. А любое затягивание военных операций вокруг города приводил к страданиям мирного болгарского населения. Турки, как мы уже имели возможность сегодня видеть, за все свои неудачи отыгрывались на болгарах (что стало причиной довольно резкого диалога между Скобелевым и Османом-Нури после падения Плевны). Так что населению досталось бы в любом случае. С другой стороны, население вполне могло бы организовать восстание внутри города в помощь русской армии, дабы  ускорить собственное освобождение. Нет никаких сомнений, что такое восстание, начнись оно, было бы немедленно поддержано русскими войсками. Были также и основания предполагать, что турки свободно выпустят из Плевны мирных жителей, дабы избавиться от лишних ртов - а эти жители легко могли бы выйти в расположение русской армии, принеся с собой ценные сведения. Так что тяжёлое решение, принятое Тотлебеном, представляется оправданным - ибо позволяло сэкономить жизни русских солдат. Эти жизни очень пригодились русской армии, когда Осман-Нури, исчерпав возможность держаться, решился пойти на прорыв, оставив Плевну. Но об этом мы поговорим в следующий раз.

Продолжение следует.

Tags: Война 1877 года, История Отечества, Россия vsТурция, Скобелев
Subscribe

promo mikhael_mark december 26, 2019 12:52 8
Buy for 10 tokens
Как известно, одним из главных аргументов тех, кто категорически выступает против передачи храмовых зданий верующим, является ограниченность финансовых ресурсов у Церкви и отсутствие понимания "всей всемирно культурной ценности этих старинных памятников". В итоге, делается вывод,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments