Михаил Маркитанов (mikhael_mark) wrote,
Михаил Маркитанов
mikhael_mark

Categories:

22 июня 1941 года: уроки истории.

22 июня, День Памяти и Скорби... Всё дальше и дальше от нас по временной оси тот роковой день, когда на рассвете полчища "цивилизованной Европы" перешли границы СССР и двинулись в очередной "крестовый поход" ради маникакальной идеи "окончательного решения русского вопроса". Двинулись, как выяснилось, на свою погибель. Но это стало ясно гораздо позднее, солнечной весной 1945-го. А тогда, в роковом июне 1941-го, казалось, что нет той силы, которая могла бы сдержать натиск новых варваров, возомнивших, что они вправе решать, кому жить на этом свете, а кому жить не следует. Танковые клещи вермахта смыкались вокруг наших армий и корпусов, уничтожая и без того не отмобилизованные до конца воинские части, самолёты люфтваффе безраздельно господствовали в небе, сбрасывая тонны бомб на головы мирно спавших граждан.





Немецкое вторжение в СССР. Хорошо виден советский пограничный столб


Немецкий бомбардировщик утюжит жилые кварталы.


Нацистские преступники и сами не сомневались в своей победе. Европейские страны, многие из которых до войны считались великими мировыми державами (Франция, например), падали под ударами вермахта за считанные дни. Красную Армию после Финской войны Гитлер считал колоссом на глиняных ногах, который развалится после первого же серьёзного удара. На русских же нацисты смотрели как на людей низшего сорта, вдобавок - как на "природных врагов" европейской расы. Это сегодня находятся странные личности, полагавшие, что Гитлер освободил бы Россию "от ига жидов и хачей" (более мягкий вариант: "от безбожных большевиков"), а затем предоставил бы России устраивать свою жизнь по собственному усмотрению. Знакомство же с реальными планами гитлеровских воротил свидетельствует, что никакого национального государства русскому народу давать никто не планировал, сколь бы привлекательной ни казалась некоторым немецким военным идея союза с русскими антикоммунистами. Задача ставилась в иной плоскости: колонизация европейской территории СССР при одновременной изоляции русского народа от Европы (для каковой цели была сделана ставка на сепаратистские движения среди нерусских народов). Русских предполагалось массово депортировать в Сибирь - и Розенберг цинично мечтал о том, что со временем они будут даже благодарны за это захватчикам [1]. Цинизм состоял в том, что Сибирь и Дальний Восток предполагались к колонизации союзниками Германии - японцами, и вряд ли Розенбергу это могло быть неизвестно. Так что ни о какой независимой России в планах нацистов не могло быть и речи, белогвардейский же лозунг "Единой и Неделимой" Розенбергом и иже с ним сознательно и вполне открыто отрицался [2]. Что же касается самого переселяемого населения - его судьба не волновала гитлеровских воротил: "Мы не хотим обращать русских на путь национал-социализма, мы хотим только сделать их орудием в наших руках", - наставлял захватчиков уполномоченный по продовольствию и сельскому хозяйству Бакке [3]. Даже открытые уголовные преступления, совершённые солдатами вермахта на оккупированной территории СССР, наказанию не подлежали [4].





С другой стороны, советское руководство, стремившееся любой ценой оттянуть начало войны до 1942 года [5], бомбардировало войска строгими приказами: "Не поддаваться на провокации!" К чему это привело, знают все, кто смотрел советские фильмы о начале Великой Отечественной: гитлеровские самолёты систематически нарушали воздушное пространство СССР, гитлеровские офицеры беспрепятственно заезжали на нашу территорию - их, разумеется, арестовывали и вежливо выпроваживали обратно, но необходимые разведданные эти "случайные" нарушители границы собирали. У советских же пограничников вырабатывалась своего рода привычка к подобным нарушениям границы, так что в июне 1941 года, когда орды нацистов двинулись в свой последний "дранг-нах-остен", многие бойцы и командиры не сразу сообразили, что это уже не провокация, а настоящее вторжение. Отсюда - именно отсюда - родом пресловутый "фактор внезапности", предопределивший растерянность командующих и поражения советских войск на раннем этапе войны. Роль пастушка, постоянно кричавшего "Волки! Волки!", немцы разыграли на пять с плюсом. И лишь в самую ночь с 21-го на 22-е июня советское командование таки решилось привести приграничные округа в боевую готовность, получив от немца-перебежчика сведения о готовящейся агрессии. Но беда была в том, что 22 июня пришлось на воскресенье, многие командиры успели отправиться по домам, к своим семьям и этого запоздалого приказа получить уже не успели...



Кадр из телесериала "Государственная граница" - немецкие лётчики, посмевшие приземлиться (!!!)
на советской территории и захваченные нашими пограничниками. Наглецов, по фильму, отправили
обратно на немецкую территорию. Отправили под конвоем. Но Одному Богу известно, что они успели
высмотреть за время своего полёта.


И ещё один кадр из этого же фильма - советские пограничники, заступающие в дозор
в ночь с 21-го на 22-е июня. Они уже знают, что до войны осталось несколько часов.


И всё-таки вышесказанное - это не вся правда о 22 июня 1941 года. Да, была внезапность. Да, удара такой силы советское командование предсказать не смогло. Да были котлы, была гибель кадровых армейских корпусов, армий и даже целых фронтов. Но был и массовый героизм с самых первых дней войны. Пограничные заставы, на штурм которых командование вермахта отводило полчаса, сопротивлялись неделями. Вот воспоминания только одного из участников обороны приграничных рубежей СССР - Ивана Павловича Максимова.

"Сначала фашисты открыли по нам артиллерийский огонь. После двухчасовой артподготовки, примерно в 6.00 в воздух поднялись немецкие самолеты и начали бомбить. Одновременно на участке заставы наступающие начали наводить переправы через Западный Буг. Для первой переправы выбрали место возле шоссейной дороги, для второй использовали брод возле бывшей деревни Добранеж (она снесена в 1939 г.). Мы находились под таким обстрелом, что вынуждены были в окопах полного профиля рыть еще щели, чтобы людей не поражали осколки.

Часть пограничников была на границе, остальные заняли круговую оборону заставы, благо исключительно за два дня до начала войны были вырыты еще два окопа. Кроме пограничников, на нашем участке других подразделений не было.







Первым встретил немцев наряд в составе четырех человек на месте восстановленной переправы. На понтонном мосту они подбили бронетранспортер и мотоциклиста, но погибли и сами.

Почти в семь часов утра появилась первая цепь немцев. Наступали плечом к плечу, с трубками во рту. Мы подпустили их на бросок гранаты и открыли огонь из имеющихся у нас винтовок, пулеметов "Максим" и "Дегтярев", стали бросать гранаты.

Наступление было отражено. Фашистам только оставалось подогнать несколько танков, погрузить на них трупы и отвезти за Буг.

Такие атаки повторялись не раз. После каждой из них нас бомбили фашистские самолеты. В другой половине дня немцы несколько изменили тактику и снарядами начали зажигать деревню, деревянные постройки заставы — свинарник, конный двор, питомник собак. Таким образом немцы хотели вынудить нас покинуть заставу, поменять место обороны. От бушевавшего огня стояла невыносимая жара, которая доставала нас и на дне глубоких окопов. Но сломить защитников не удалось.

Тогда немцы собирают в деревне людей и с детьми на руках гонят впереди своей цепи. Мы из окопов начали кричать гражданам: "Идите, не бойтесь, мы в вас стрелять не будем!" Было решено забросать фашистов гранатами через головы местных жителей. Но до этого дело не дошло. Немцы подали команду, и люди убежали в сторону.

Первым окопом к линии границы командовал политрук заставы Иван Сорокин. Оставшись в живых один, он ходом сообщения приполз к нам в окоп со стороны деревни и попросил: "Старшина, отстегни мой ремень и подтяни на нем раненую руку". После этого он попросил еще станковый пулемет и потянул его в свой окоп. Мы остались с ручным пулеметом и поддержать политрука никак не могли, потому что нас оставалось двое - я и ефрейтор Захаров.

На окоп Сорокина немцы наступали рожью, которая подступала близко к окопу. Долго было слышно, как работал его пулемет. Через некоторое время Сорокин опять приполз к нам и попросил у меня: "Развяжи мне ремень. Раненую руку положи на рану в живот и затяни снова". Я сделал то, что он просил. Сорокин уполз в свой окоп, и пулемет снова заработал.
Долго отражал атаки политрук Иван Сорокин. Но потом замолк пулемет. Истекая кровью, он из пистолета выстрелил себе в висок.
Под вечер на наш окоп немцы пустили три танка. Шли они уступом, друг за другом и вели по нам огонь.

Первый танк подпустили на метров двадцать. Связали брючными ремнями гранаты и бросили связку под гусеницы. Ефрейтор Захаров попал точно. С разорванной гусеницей танк сделал круг, повернулся к нам передом. Мы были вне обстрела. Его пушка была почти над нашими головами. В смотровой щели танка мы видели, как осматривался водитель. Остальные два танка на нас не пошли. Раза три нас забрасывало землей от разрывов. Спасали друг друга, вытаскивая из-под завалов."

До августа - почти 2 масяца (!!!) продолжалась только организованная оборона Брестской крепости, гарнизон которой повторил подвиг защитников Баязета в куда менее благоприятных условиях [6]. А последний защитник крепости сдался только в 1942 году, растратив весь запас патронов и израсходовав всё продовольствие. Об этом сохранился рассказ очевидца - еврея Ставского, переданный С. Смирновым в его книге "Брестская крепость". Почти год (!!!) остатки гарнизона Брестской крепости не давали покоя захватчикам, вылезали по ночам, резали глотки оккупантам, стреляли в них. А в небе над Брестом в 10 часов утра 22 июня лётчик Пётр Сергеевич Рябцев совершил таран и благополучно спасся на парашюте, чем сильно воодушевил защитников крепости. И этот таран, если верить В. Мединскому, был в тот день уже 9-м по счёту [7]. Девятым!


Пётр Сергеевич Рябцев

Уже первые дни войны являют нам пример детского героизма, которому суждено было уже скоро сделаться массовым. Четырнадцатилетняя Валя Зенкина 22 июня 1941 года укрывалась от бомбёжек в подвале. Вскоре туда ворвались гитлеровцы. Девочку захватили в плен и отправили в Брестскую крепость парламентёром - уговаривать защитников крепости сдаваться. Однако Валя достаточно насмотрелась на зверства оккупантов - на её глазах немецкий фельдфебель зверски избил раненую женщину. Поэтому Валя сказала защитникам крепости, чтобы те ни в коем случае не сдавались, а сама... осталась с ними в качестве санитарки. И воевала наравне со взрослыми, выносила раненых с поля боя, делала им перевязки. Вместе с Валей трудилась и другая юная героиня - Нюра Кижеватова, дочь гарнизонного офицера. И выжила Валя, не погибла в этом аду. Попала в плен, откуда бежала, партизанила, помогала бежать из немецкого плена другим советским военнопленным. После войны жила в белорусском Могилёве, вышла замуж.



Подвиг Вали Зенкиной в Брестской крепости


Уже 24 июня 1941 года советским войскам впервые удалось перенести боевые действия на территорию врага - краснофлотцы высадили десант на румынском берегу Дуная (фашистская Румыния начала агрессию против СССР одновременно с нацистской Германией, румыны планировали присоединить к своей территории обширные пространства Северного Причерноморья). Причём действия этого десанта оказались столь удачны, что румынские войска начали активно сдаваться в плен нашим морским пехотинцам. И только 19 июля, спустя почти месяц, морпехи покинули территорию Румынии, организованно отойдя к Одессе.

Я не стану ударяться в пропагандистские крайности и не напишу, что народ, сражающийся за своё право на жизнь, победить нельзя. История знает примеры, когда превосходство агрессора в силе и в вооружении оказывалось столь подавляющим, что защищающейся стороне просто нечего оказывалось противопоставить. Но несомненно, что захватчик, ставящий перед собой цель "освобождение жизненного пространства" от "расово неполноценного" противника, столкнётся с ожеточённым сопротивлением - ни один разумный человек так просто в небытие уйти не соглашался, а уж тем более - не соглашался так просто пожертвовать жизнями своих близких. И даже если победа в конечном итоге достанется агрессору - она ему достанется очень большой кровью. Тем более, если речь идёт о нападении на Россию с её обширными территориями, практически неисчерпаемыми природными ресурсами и народом, самим опытом своей истории приученным защищать свою самобытность с оружием в руках. Гитлер, видимо, считал ниже своего достоинства изучать русскую историю - за что и поплатился.

А теперь от дней минувших, забывать о которых мы не имеем права, обратимся к дням нынешним. Увы, и сегодня многие ведут себя так, словно и не было этого трагического, кошмарного - и одновременно славного дня 22 июня 1941 года. Снова мы видим, как в некоторых очень европейских странах начинают всё громче раздаваться голоса, делящие людей на "полноценные" и "неполноценные" расы, снова звучат призывы к освобождению жизненного пространства от "недочеловеков", к "ограждению Европы" от "пагубного русского влияния" и к её продвижению "как можно дальше на восток" [8]. И те, кто подобные идеи озвучивает, уже снова успели испытать на собственной шкуре отчаянное сопротивление десятков новых "брестских крепостей" - а всё им неймётся. Снова, как в том роковом июне, кое-кто остервенело заклинает "не поддаваться на провокации", совершенно забыв, что такое уже было, и что нацистов приказы "не поддаваться на провокации" никогда не останавливали и не остановят - ибо плевать они хотели на все моральные и правовые нормы.

И снова, как в 1941-м, встают на борьбу с вурдалаками в погонах десятки тысяч русских добровольцев, понимающих, что нацизм - это абсолютное зло, "человеконенавистническая идеология" по определению святейшего Патриарха Кирилла, что компромисса с ним быть не может, а тот, кто надеется отсидеться, рискует слишком многим - не только для себя, но и для своей страны, и для совести.

Будем же помнить о событиях 76-летней давности. И будем, наконец, учиться извлекать уроки из истории. А павшим летом 1941-го за Родину - низкий поклон и вечная память. Помяните их за упокой в своих молитвах.
__________________________________

Примечания.
[1] ЦГАОР, ф 7445, оп. 2, д. 144, л. 330 - 352.
[2] Там же.
[3] ЦГАОР, ф 7021, оп. 148, д. 12, л. 59 - 63. И ещё одна выжимка из этого же документа - специально для любителей помечтать о том, как мы бы сейчас "пили баварское и ездили на мерседесах": "В течение столетий русский человек испытывает нищету, голод и лишения. Его желудок растяжим, поэтому никакого ложного сочувствия к нему, не пытайтесь вносить изменения в образ жизни русских, приспосабливая его к немецкому жизненному стандарту".
[4] ЦГАОР, ф 7445, оп. 2, д. 166, л. 65 - 70.
[5] До этого срока руководство СССР никак не успевало завершить реорганизацию и перевооружение Красной Армии.
[6] Против Баязета турки не имели возможности применять боевую авиацию и химическое оружие - немцы против Брестской крепости применяли и то, и другое.
[7] Мединский В.Р. Война. Мифы СССР. - М.: ОЛМА Медиа Групп. - 2011. - с. 149.
[8] Слова, взятые в кавычки, принадлежат Розенбергу.
Tags: В июне 41-го, Великая Отечественная война, Вечная память, Донбасс, За нашу Победу, История Отечества, Моя история меня бережёт, Украинский кризис
Subscribe

promo mikhael_mark декабрь 26, 2019 12:52 8
Buy for 10 tokens
Как известно, одним из главных аргументов тех, кто категорически выступает против передачи храмовых зданий верующим, является ограниченность финансовых ресурсов у Церкви и отсутствие понимания "всей всемирно культурной ценности этих старинных памятников". В итоге, делается вывод,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments