Михаил Маркитанов (mikhael_mark) wrote,
Михаил Маркитанов
mikhael_mark

Categories:

На Оскара тянет, на Сталинград - нет

                                                                                                                                                                                                                                         Какой эффект! Какие кадры!
                                                                                                                                                                                                                                          А я ещё в три дэ хочу!...
                                                                                                                                                                                                                                          Но позвонили психиатры,
                                                                                                                                                                                                                                          Сказали: «Хватит, Бондарчук!»
Народное творчество
Сталинград Бондарчука

Думаю, нет человека, который не слышал бы, что от России в этом году на "Оскара" выставлен фильм Фёдора Бондарчука "Сталинград". Думаю также, что нет такого человека, который бы хоть краем уха не слышал, что на этот фильм обрушился целый шквал критики со стороны коммунистов и некоторых ветеранов Великой Отечественной войны. В интернете уже два месяца идёт кампания по сбору подписей за запрет проката этого фильма и за отзыв нашей заявки на "Оскара". Между тем, о "Сталинграде" неожиданно очень тепло отозвался В.Р. Мединский, известный своими категорически антифашистскими взглядами. И поскольку рекламировать русофобский или пронацистский фильм Владимир Ростиславович точно не стал бы, я решил разобраться, насколько правда всё, что говорят и пишут о "Сталинграде" в интернете.
Фильм мы с дочкой смотрели во время осенних каникул. Тогда же я стал обдумывать и свою статью о нём. Но отвлекли более срочные дела, так что статью, обещанную нескольким моим друзьям по переписке, я выкладываю только теперь. Прошу меня извинить за задержку.


Группа Громова
Группа Громова - главные герои фильма. Надо признать: характеры получились
действительно колоритные. А не "второсортные и примитивные", как кому-то показалось.

Сразу оговорюсь, что фильм Фёдора Бондарчука «Сталинград» я смотрел недобрым глазом. Доводилось читать об этом творении современного отечественного кинематографа много негативного – от сатирических стишков до подробных критических статей с детальным разбором. Я ожидал увидеть очередную пошлую карикатуру на нашу армию на фоне «выбритых до синевы» «благородных арийцев» и душещипательную историю любви замученной лютыми большевиками девочки к своему освободителю в сером мундире. Я ожидал чего-то в духе «Одной войны», «Сволочей» и «Четырёх дней в мае» в одном флаконе. И дочке сказал: «Бондарчуку придётся очень постараться, чтобы меня разубедить». Надо сказать, что ему это почти удалось. Худшие мои ожидания, к счастью, не оправдались: захватчики в фильме Бондарчука – действительно захватчики со всем отсюда вытекающими последствиями.

Ужасы оккупации
Зверства оккупантов в фильме Бондарчука - действительно зверства

Итак, начну с того, что мне понравилось. Режиссёру и его сценаристам безусловно удались характеры главных действующих лиц. Как представляется, главная мысль, которую хотел донести до зрителей режиссёр, – это мысль о сложности, неоднозначности человеческой природы, о том, что не всегда первое впечатление о человеке оказывается справедливым. Вспомним хотя бы кадр, в котором наши бойцы, ворвавшись в дом, который им поручено оборонять, освобождают пленного офицера – артиллериста-корректировщика, который заснул на своём посту и был захвачен врасплох, в результате чего наступление советских войск осталось без огневой поддержки и стоило гибели целой дивизии. «Из-за тебя у нас там целая дивизия сгорела, тютя!» – возмущается (и справедливо возмущается) командир разведгруппы капитан Громов. Это «Тютя» прочно приклеивается к освобождённому лейтенанту в качестве прозвища – а  за кадром голос от автора сообщает, что этот самый лейтенант был из подольских курсантов, ценой собственной жизни задержавших немецкое наступление на Москву, что из его роты в живых остался тогда только он и что в 1941-м никто не назвал бы его «тютей» [1]...

Тютя
По прозвищу "Тютя". А по сути - герой.

Столь же сложный и яркий образ – снайпер Чванов. На экране мы видим человека грубого, озлобленного, подчас даже жестокого. А голос за кадром между тем рассказывает, что накануне броска на Сталинград снайпер получил письмо от матери, в котором сообщалось, что нацистские ублюдки казнили его десятилетнего братишку. А также что мать, боясь за сына, написала не всё: умолчала о том, что сестра Чванова была изнасилована захватчиками, и что сама мать, бросив дом, ушла в партизаны.
Вопреки утверждениям коммунистических критиков, фильм не смотрится как апология гитлеровских захватчиков. Немцы не выглядят в фильме привлекательно, чего я опасался. Для таких опасений основания давали мне слова самого Бондарчука, сказавшего, что фильм его – о борьбе добра со злом и добавившего, что не надо прямолинейно отождествлять добро с Красной Армией, а зло – с немецкой. Слова, очевидно, были вырваны ретивыми критиками из общего контекста, так как немцы в фильме – идеальное, беспримесное зло. Даже капитан Кан, вокруг которого было сломано столько копий, не вызывает симпатий. Он отвратителен и в своей мотивации к войне, и в своей любви, которую он сам же справедливо расценивает как чисто животную. Особенно живописна сцена, в которой немецкие оккупанты сгоняют мирное население с насиженных мест и конвоируют на вокзал для отправки в Германию. Обычная сцена времён Великой Отечественной войны. Необычно её окончание: Кан вскакивает на вездеход (почему-то названный мотоциклом) и ломится на нём сквозь толпу женщин и детей, чтобы вытащить оттуда свою Машу. И ему абсолютно безразлично, сколько русских «унтерменшей» он при этом передавит, и что загубленных им русских девушек, возможно, тоже кто-нибудь любит. Кан страшен. Им, если и можно любоваться, то только как диким хищником, вышедшим на охоту. Хищник может быть величественен и грациозен. Но не приведи Господь попасться ему на глаза.

Маша и капитан Кан
Справа - капитан Кан

Сцена с ритуальным сожжением женщины с двумя детьми в автобусе, предпринятым немцами, также вызвавшая массу нареканий, на самом деле несёт очень большую смысловую нагрузку. Во-первых, зверства оккупантов показаны во всей своей наглядности, очень выпукло, пожалуй, не хуже, чем в хрестоматийном советском «Иди и смотри». После этой сцены у любого непредвзятого зрителя раз и навсегда должны отпасть любые сомнения, на чьей стороне режиссер.
Сожжение мирных жителей в фильме носит ярко выраженный ритуальный характер – языческое жертвоприношение перед боем. Тем самым подчёркивается оккультный характер гитлеровской идеологии, её глубинная несовместимость с Православием в каких бы то ни было формах. Многие сегодняшние «православные» усиленно стараются об этом забыть, представить, с нелёгкой руки покойного о. Даниила Сысоева, Гитлера освободителем и защитником Православной веры. Между тем, Гитлер был не меньшим ненавистником христианства, нежели большевики, считая его «жидовской» религией, специально придуманной евреями для порабощения арийцев. Удачно или нет, но в фильме сделана попытка это показать. И такой же попыткой следует признать и речь Кана перед солдатами, где он открытым текстом отождествляет Бога и Гитлера. Защитник Христианства делать бы так точно не стал.

Полковник-зверь
Немецкий полковник-изувер распоряжается сожжением мирных жителей.
Правда, делает он это почему-то прямо на глазах у советского снайпера...

Таким образом, можно смело отвести от Бондарчука и его фильма обвинения в том, что немецкий капитан у него показан «интеллигентной высокодуховной личностью», а советские воины – «малообразованными, второсортными и глупыми людьми, часто движимыми лишь низменными инстинктами». Этого как раз нет. А есть нечто противоположное.
Столь же нелепо выглядят коммунисты, когда пишут, что в фильме Бондарчука «советские солдаты купаются в горящей солярке, а после в пылающем виде бегут в атаку на врага, и даже пулеметы против них бессильны. Добежав до немецких окопов, огненные солдаты кидаются на врагов и душат в горячих (в прямом смысле слова) объятиях удивленных воинов рейха». Такая атака действительно была бы верхом идиотизма. Но никто в фильме в горящей солярке специально не купается. Только что высадившийся в Сталинграде советский десант оказывается накрыт взрывом на складе горючего – немцы взорвали склад не то для того, чтобы затруднить наступление Красной Армии, не то для того, чтобы это самое горючее не досталось нашим. А дальше, естественно, наши солдаты, охваченные пламенем, бросаются в атаку, чтобы ценой своей жизни сломить оборону врага. То, что коммунистические критики пытаются представить как глупое расходование человеческих жизней (и поставить в вину режиссёру – дескать, на самом деле так не было), на экране выглядит – подвигом. И подвиги подобного рода имели место во время Сталинградской битвы – достаточно вспомнить связиста, зажавшего своими зубами концы перебитого провода, чтобы восстановить прерванную связь.

Огненная атака
Та самая огненная атака

Глупо утверждать, что по фильму выходит, будто весь Сталинград захвачен врагом, и лишь пятеро бойцов во главе с капитаном Громовым, чудом переправившись с противоположного берега Волги, захватывают и удерживают единственный дом. В фильме нет полной панорамы Сталинградской битвы, в фильме показан лишь один из её эпизодов, который вполне мог иметь место: на некоторых участках фронта немцы действительно вышли к Волге. И серьёзные историки этого факта никогда не отрицали.
Очень сильная, на мой взгляд сцена – сцена с уничтожением немецкой миномётной батареи. Психологически сильная. Я не артиллерист и не берусь  утверждать, возможно ли технически, чтобы пушечный снаряд, ударившись о броню танка, срикошетил под углом и поразил цель (ту самую батарею, обстреливающую нашу переправу), или же этот снаряд немедленно взорвался бы, едва коснувшись брони, но этот точный выстрел (тем, кто не смотрел фильм, поясню: в распоряжении отряда Громова была одна единственная пушка и к ней – один единственный снаряд) позволил «Тюте» вполне реабилитироваться в глазах товарищей.
Тема ошибки и искупления на войне – не нова в отечественном военном кино. В обычных, мирных условиях человек, безусловно, имеет право на ошибку, и на то, чтобы исправить её. Но на войне цена ошибки может оказаться слишком высока – там миллионы людей ежесекундно рискуют собственными жизнями. И встаёт закономерный вопрос: в каких случаях ошибка допущенная человеком (а в первую очередь – офицером) на войне может быть прощена? Как боевые соратники смогут жить и служить дальше бок о бок с таким вот ошибившимся. И – более того – как ему самому научиться жить с самим собой и с тем грузом вины, который оказался на его плечах?
Осмелюсь напомнить читателям два достаточно известных советских фильма. Это «Нормандия – Неман» и «Проверки на дорогах». Герой одного из них, французский лётчик-доброволец, случайно сбивает советский истребитель, в экстазе боя приняв его за немецкий. Ситуация отягчается тем, что погибшего советского пилота и он, и его товарищи по французской эскадрилье «Нормандия», хорошо знают лично. В первую минуту незадачливый француз готов покончить с собой. Но командир строго одёргивает его: «Тогда у русских вместо одного будут два мёртвых лётчика!» В конце концов, этот  француз, твёрдо решивший геройской гибелью в бою искупить свой грех, за многочисленные подвиги (а смерти всё нет!) получает от советского командования орден – и только тогда обретает возможность хоть как-то простить себя самого. Герой второго – советский сержант, попавший в плен к немцам и согласившийся служить у них, не может жить предателем и возвращается к своим, чтобы кровью смыть с себя позор. А дальнейший сюжет фильма – непрерывная цепь его подвигов во славу Отечества, которые раз за разом оказывается НЕКОМУ подтвердить… И лишь командир партизанского отряда упрямо верит раскаявшемуся коллаборационисту. Схожую тему затрагивает и Бондарчук в «Сталинграде». Как бы ни была тяжела твоя вина, – хочет сказать автор, – зажми волю в кулак и живи дальше. Живи и борись. И сделай так, чтобы твоя жизнь стала для врага костью в горле. И с этим приходится согласиться.
Отдельное спасибо стоит сказать Бондарчуку за то, что в его фильме нет ставших уже привычными перестроечных штампов. В фильме нет ни зверств НКВД, ни подонка-особиста, плетущего интриги за спиной истинных героев, ни заградотрядов, стреляющих в спину наступающим советским войскам, как это нам зачастую показывалось в фильмах конца 80-х – начала 2000-х годов. Перестроечный миф свое отжил. В этом смысле Бондарчук возвращается к традициям Юрия Озерова. Те, кто помнят озеровский «Сталинград», наверняка помнят и очень сильную сцену, когда присланный на фронт заградотряд угрюмо занимает окопы на передовой рядом с обычной пехотой: «Нам здесь сторожить некого, мы так больше пользы принесём». Бондарчук, конечно, до столь откровенных сцен не дошёл, он предпочёл просто обойти скользкую тему, связанную с приказом № 227. Но он и не стал на ней спекулировать, в отличие от некоторых.

Лишний кадр
Этот кадр, облетевший весь интернет и даже породивший карикатуры, в фильм в итоге не вошёл

Сцена, в которой советский капитан расстреливает матроса, отнюдь не выглядит «истерикой», как это, опять-таки, утверждали коммунистические критики. Матрос не просто «усомнился в том, должен ли он подчиняться приказам сухопутного командира». Матрос отказался выполнить приказ об обороне стратегически важного дома, от удержания которого в наших руках зависело фунционирование переправы через Волгу. Более того – он ударился в панику. А паникёров в условиях военного времени расстреливали всегда и во всех армиях – ибо это единственный способ избежать всеобщей паники и связанных с ней массовых жертв. Странно, что коммунисты яростно оспаривают подобные эпизоды в военных фильмах, вместо того, чтобы справедливо гордиться тяжёлым, но абсолютно правильным решением, принятым их партией.
Глупо утверждать, что капитан Громов, пытаясь выпроводить девушку Катю с передовой, «отправляет её к немцам». Напомню: «дом Громова» стоит на переправе. За Волгу пытается услать девушку главный герой, подальше от войны – и совершенно правильно делает.

Громов и Катя
Громов уговаривает Катю эвакуироваться.
За Волгу, а отнюдь не к немцам.

Кстати, с этой Катей связан ещё один очень важный поворот сюжета. К моменту гибели громовцев при обороне дома Катя оказывается беременна (от "Тюти"). Её страстный ухажёр погибает вместе со всеми. А впереди - ещё три долгих военных года, дом разрушен, в общем - никаких перспектив. Короче, у Кати были все основания "прервать нежелательную беременность" и "не плодить нищету". Сегодня  аборты сплошь и рядом делаются женщинами, находящимися в несоизмеримо лучших жизненных обстоятельствах. Но Катя принимает иное решение. И то, что в итоге мы видим её сына в начале XXI века живым и здоровым, рассказывающим историю своего рождения случайно встреченной немецкой туристке, - какой прекрасный урок всем современным девчонкам!
***
Теперь от достоинств фильма и его мнимых «ляпов» перейдём к ляпам настоящим, которых в творении Бондарчука более чем достаточно. И если бы коммунистические критики сосредоточили своё внимание именно на них, а не пороли бы горячку, их позиции выглядели бы куда убедительнее.
Самый главный ляп фильма – это его концовка. По сюжету, немцы подтянули к «дому Громова» свежие силы, включая танковый полк СС, после чего всей массой навалились на пятерых защитников. Видя невозможность дальнейшего сопротивления, капитан Громов вызывает огонь на себя – и залп «Катюш» разом кончает со всей ордой в серых мундирах, а заодно и с пятёркой героев. Эффектно, у зрителя, незнакомого с реальной историей Второй Мировой даже может выжать слезу, но… Но ведь Громов прекрасно видел, что немцы сосредотачиваются к атаке. Почему он не вызвал этот самый залп «Катюш» на плотное скопление вражеских войск с танками? Более того – штаб немецкой части (той самой, в которой служит капитан Кан) находится в соседнем доме, и Громов об этом знает. Почему он не вызвал огонь «Катюш» на этот, соседний дом? Искусство войны ведь в том и состоит, чтобы врагов губить, а самому не гибнуть. То, что сделали Громов и его боевые соратники – это не подвиг, это бессмысленное самоубийство.

Капитан Громов
Капитан Громов вызывает огонь на себя...

Немцы готовятся к атаке
... а мог бы - вот на эту серомундирную сволочь, которая сосредотачивается к атаке... на открытой местности!

Так не воюют. Вообще, если бы защитники Сталинграда воевали так, как громовцы, они не выиграли бы Сталинградскую битву. Советская разведгруппа (!!!) перемещается по городу в полный рост, тратит время на то, чтобы найти и доставить в обороняемый дом целую ванну, Громов, как верно подметил кто-то из критиков, устраивает свой штаб на третьем этаже (а ведь у немцев, в отличие от самого Громова, ЕСТЬ артиллерия и снарядов вдоволь!). Более того, первая атака немцев отбивается как-то уж совсем по-идиотски: бойцы Громова впускают врагов в дом, притворившись мёртвыми, а затем неожиданно набрасываются на них с тыла с ножами. И только после того, как непонятно чем испуганные «истинные арийцы» обращаются в бегство, им вослед раздаётся пулемётная очередь. Даже мне, не специалисту в военном деле, ясна абсурдность данной ситуации – ибо я немного интересуюсь военной историей. У гарнизона, обороняющегося в укреплении, всегда преимущество перед врагом, наступающим на него по открытой местности. Впускать врага в крепость с тем, чтобы там уничтожить его в открытом бою – глупость. Из пулемёта надо было строчить по атакующим немцам, заставить их залечь, тогда бы и ножи не понадобились. Впрочем, сами немцы ведут себя не умнее: атаку они начинают без артподготовки, а столкнувшись с сопротивлением горстки бойцов с ножами – немедленно обращаются в паническое бегство, вместо того, чтобы пустить в дело огнестрельное оружие, как поступил бы на их месте любой нормальный человек[2].

Смерть фашистским оккупантам
По мнению Ф. Бондарчука, Сталинградская битва выглядела так.

Русские атакуют
И вот так. Хотя, вообще-то, палить по врагу из укрытия куда сподручнее...
Не менее по-идиотски ведут себя обе воюющие стороны и в момент сожжения мирных жителей в автобусе. Почему-то немцы затевают эту экзекуцию прямо на глазах укрепившегося противника – хотя им прекрасно известно, что в распоряжении Громова имеется опытный снайпер. Историки единодушно свидетельствуют: от огня советских снайперов немцы несли в Сталинграде жесточайшие потери, у них появились даже специальные плакаты, предупреждающие: «Осторожно! Работает русский снайпер». А тут такая подставка. Ну, хорошо, солдаты прикрылись живым щитом из захваченных в плен жителей, как они это и делали в реальности. Но их полковник расхаживает перед строем в открытую, читая прочувствованный монолог о традициях древних германцев. И тут поневоле задаёшься вопросом: а что же молчит наш Чванов, столь энергично ненавидящий немцев, что же он не снесёт этому полковнику-изуверу башку одним точным выстрелом? Ведь ясно как день, что немцы выгнали мирных жителей на площадь не для того, чтобы поиграть с ними в шахматы. Но выстрел Чванова почему-то достаётся только солдату-огнемётчику и только после сожжения женщины с детьми, в то время, как полковник удаляется с места экзекуции невредимым. В какое место Бондарчук и его сценаристы засунули себе логику?

Сожжение мирных жителей в автобусе - финал
Немецкий солдат-огнемётчик эффектно вспыхивает: меткая пуля русского мстителя пробила ему
ранец с огнесмесью. Вот только достаться эта пуля должны была бы его командиру...

Сцена с вечером при свечах в «доме Громова» выглядит, спору нет, красиво. Романтично. Но абсолютно нереалистично. В Сталинграде бои шли действительно за каждый дом. Я достаточно читал о том, что это значит. Военный историк Илья Мощанский пишет, что такие вот импровизированные гарнизоны, как группа Громова, выдерживали за день по 15 – 20 (!!!) атак противника. На железнодорожном вокзале, который обороняла гвардейская 13-я дивизия генерала Родимцева, в живых осталась только медсестра с последним раненым, которого она и вынесла к своим после того, как все остальные защитники вокзала погибли. Когда, спрашивается, этим героям было устраивать вечера при свечах, да ещё и с романсами? И почему немцы, слыша в соседнем доме «камерное пение», так глупо не воспользовались благоприятной ситуацией для атаки?

Катя и русский солдат
Для подобных сцен у реальных защитников Сталинграда просто не было времени

Понимаю, что на войне место находилось всему. И лирике, и простой человеческой любви, и даже музыке. Но не в истекающем кровью Сталинграде. Если бы Бондарчук показал бы ту же самую сцену на ВОСТОЧНОМ берегу Волги – а затем бросил бы её участников в решительную атаку и заставил бы погибнуть, это было бы не менее трагично, но при этом естественно. А так – ни Богу свечка, ни чёрту кочерга.
То, как в фильме показано мирное население Сталинграда – это просто клевета на советских граждан, и здесь я полностью присоединяю свой голос к критикам-коммунистам. Почему-то к немцам их отношение не в пример лояльнее, чем к своим собственным войскам. Женщина, впоследствии сожжённая вместе с детьми в автобусе, громко упрекает советских солдат в оставлении города и демонстративно отказывается эвакуироваться, в доме, где живёт Маша, какой-то непонятный (контуженный, что ли?) пацан любого немца встречает бойким «Хайль!»[3] – несмотря на то, что немцы при этом раз за разом отшвыривают его в сторону, словно собачонку. Даже Катя ждёт советских освободителей только для того, чтобы они её … расстреляли, и она абсолютно уверена, что именно так они и поступят, потому что немцы за время своего короткого пребывания в доме Громова (до войны это был ЕЁ дом) успели её изнасиловать. Между тем, ветеран Сталинградской битвы генерал Александр Фень свидетельствует о единодушной и активной поддержке жителями именно защитников города, советских войск, которые, несмотря ни на какие ожесточённые атаки, два раза в день (!!!) получали горячую пищу – жители, как могли, готовили её и приносили на передовую. Это подвиг, господа, настоящий подвиг мирного населения Сталинграда, но в фильме о нём ни слова.

Катя
Катя. По фильму она мечтает, чтобы свои её расстреляли. И в возможность того,
что её будут защищать, не верит.

Непонятно, зачем Бондарчуку понадобилась Маша. Что он хотел сказать этим образом? Оправдать «лежачий коллаборационизм»? В свете вышеизложенного – вряд ли. Показать, что и офицерам вермахта обычные человеческие чувства не чужды? Но не таким законченным злодеям и убежденным нацистам, как Кан. Если бы Бондарчук хотел показать человеческие чувства немецкого офицера, то Кан хотя бы ради своей любви к Маше задумался бы о том, что творит его армия над русским народом. Но этого не происходит. Если же Бондарчуку хотелось показать трагедию «случайных» жертв войны, трагедию маленького человека перед лицом непреодолимых обстоятельств, то он выбрал для этого не самый убедительный способ. На фоне негодяя Кана влюблённая в него, как дурочка, Маша никаких зрительских симпатий не пробуждает, и лично я полностью одобряю снайпера Чванова, от души влепившего ей пулю в лоб. Трагедию случайных жертв войны можно было бы показать, выведя на экране, к примеру, беременную женщину, перебегающую улицу под обстрелом, которая неожиданно напомнила бы немецкому офицеру его умершую жену – и тогда при попытке этого офицера вывести эту женщину из-под обстрела меткий выстрел Чванова, принявшего случайную прохожую за немецкую подстилку, действительно подвёл бы итог реальной человеческой трагедии, в которой все участники по-своему понятны и по-своему вызывают сострадание. Но Маша такого сострадания не заслуживает – а только рождает бурный зрительский протест, у тех, разумеется, кто ещё не забыл такого слова, как совесть.

Маша
Маша. Самый непонятный и нелогичный образ во всём фильме

В общем, подводя итог, можно с уверенностью сказать: фильм у Бондарчука получился – а вот Сталинград, увы, нет. На «Оскара» этот модерновый продукт, может быть, и вытянет (слава Богу, западный зритель хоть в таком виде увидит Сталинградскую битву, всё лучше, чем откровенно русофобский «Враг у ворот»). Но в целях патриотического воспитания и исторического просвещения молодёжи лучше показать ей озеровский фильм. 










[1] Коммунисты увидели повод возмутиться в том, что "Тютя" представляется Громову "офицером". На самом деле слово "офицер" во времена Сталинградской битвы уже было восстановлено в армейской обиходе. Бондарчук допустил глупость иного рода: его герой презентует себя как "офицер Рабоче-Крестьянской Армии". Как он умудрился забыть, что армия называется Красной, остаётся только гадать...
[2] Ещё одна глупость, верно на сей раз подмеченная коммунистическими критиками – это то, что в Сталинграде обе стороны среди бела дня на глазах друг у друга ходят за водой к чудом уцелевшей колонке. «Водяное перемирие» в стиле «Маугли»! Колонка, конечно, могла уцелеть – но стремление отсечь врага от систем жизнеобеспечения, в том числе и от питьевой воды – обычная составная часть военной тактики. В 1877 году во время осады Баязета турками, последние именно жаждой пытались уморить блокированный русский гарнизон. В Сталинграде шли менее ожесточённые бои, чем в Баязете? Ну-ну.
[3] Да, в 1941 году бывало всякое, были и те, кто встречал немцев хлебом-солью, надеясь на падение богоборческого режима и роспуск колхозов, но к осени 1942 года народ насмотрелся на зверства оккупантов и от подобных миролюбивых настроений успел излечиться.
Tags: Великая Отечественная война, История Отечества, Кино, Культурология, Православное воспитание детей
Subscribe

  • Что не так с Регулусом Блэком?

    Хотелось бы сказать пару слов о таком персонаже, как Регулус Блэк (он же Р.А.Б.). О том, что он раскаялся в своём участии в деятельности пожирателей…

  • Как перечитывают "Гарри Поттера"?

    1) Школа "Хогвартс" При первом прочтении: "Школа моей мечты!" При втором прочтении: "А может не стоило так чмырить…

  • Христианин ли Бампо?

    О том, что его герой - христианин, Фенимор Купер повторяет с завидным постоянством на протяжении всей своей пенталогии. Однако не стоит забывать, что…

Buy for 10 tokens
То, чего я так боялся в прошлом году, увы, становится реальностью и приобретает конкретные очертания. Похоже, с нашими поездками на озеро Большое Унзово - окончательно и бесповоротно всё. Рейдерам, захватившим нижегородский НИИ Радиотехники (причём на безупречно законных основаниях захватившим -…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment