Час Дитерихса. К 100-летию Приамурского Земского Собора
10 августа 1922 года, сто лет назад, во Владивостоке завершил свою работу Приамурский Земский Собор. Именно это событие следует считать началом хронологически последнего периода Белого Движения - т.н. Владивостокского. Во главе Приморского Земского Края стал генерал М.К Дитерихс - участник белой борьбы на Востоке России с самых первых дней, один из наиболее ярких военачальников Колчака и убеждённый монархист. На этом, финальном, этапе своей истории всякая политкорректность, всякая неопределённость и всякое притворство в официальной идеологии Белого Движения были отброшены - на подконтрольных территориях генерал Дитерихс, объявленный новым верховным правителем, открыто провозгласил монархический лозунг. Увы, это уже не помогло белогвардейцам выиграть Гражданскую войну. Историки до сих пор спорят, в чём было дело - в том ли, что этот лозунг был провозглашён слишком поздно, или же в том, что понёсшая огромные потери бывшая колчаковская армия, переименованная в Земскую Рать, просто уже не имела сил добиться каких бы то ни было военных результатов, несмотря ни на какие лозунги? Или же народ, не пожелавший сражаться во имя Великой Единой и Неделимой России, тем менее стремился бороться за восстановление монархии при полном отсутствии сколь-нибудь вразумительной кандидатуры на престол. Так или иначе, взятый Дитерихсом курс на возрождение монархии уже ни в кого, кроме самого Дитерихса и его ближайших соратников не смог вдохнуть энтузиазм.
Заседание Приамурского Земского Собора. Впрочем, с учётом того, что проводился этот собор
во Владивостоке, логичнее было бы всё-таки именовать его Приморским.
Крестный ход перед проведением Приамурского Земского Собора. Владивосток, 1922 год.
Земские Соборы были обычным явлением в допетровской России. В критических для страны ситуациях или для обсуждения особо важных законов царь или Церковь созывали в столицу выборных от всей земли Русской - то есть, представителей от всех сословий русского общества. И это представительное собрание принимало нужное решение, повинуясь голосу своей гражданской и религиозной совести. То, что делегаты Земских Соборов были представителями именно сословий, а не политических партий, делало их позицию максимально ответственной.
По этому пути и пошёл Дитерихс. Прямых выборов делегатов на Собор не проводилось, он комплектовался представителями различных сословий и общественных групп, существовавших в Белом Приморье. В работе Собора принимали участие все члены распущенного ранее Приамурского временного правительства, Владивостокский, Камчатский и Харбинский епископы Русской Православной Церкви, представители старообрядческой и мусульманской общин, 15 представителей от воинских частей, назначенных командованием, все атаманы казачьих войск, части которых присутствовали в Белом Приморье, командующий флотом адмирал Старк, станичные атаманы и волостные старшины, представители от профсоюзов - в общей сложности 370 человек. Члены любых социалистических партий к участию в Соборе не допускались. Так что с одной стороны, собрание получилось достаточно представительным с точки зрения выражения интересов общественных групп Приморья, а с другой - правым по своей политической окраске.
Генерал М.К. Дитерихс на Крестном Ходе по случаю открытия Земского Собора.
23 июля 1922 года Собор начал свою работу. Заседание предварялось Крестным Ходом, прошедшим по Владивостоку: делегаты Собора и население города испрашивали Божия благословения на начинаемое дело. То есть, с первых дней генерал Дитерихс постарался придать создаваемой государственной власти религиозную окраску. Дело, однако, было не только в этом. Дитерихс был всерьёз религиозным человеком. Как грамотный военный специалист, он понимал, что военное положение в Приморье безнадёжно, что спасти Белое Дело может только чудо. Но как верующий христиаинин, он понимал, что чудеса случаются. И молил Бога, соборно молил, вместе со всеми людьми, ввергающими свою судьбу в его руки, об этом чуде - о даровании победы над большевиками.
3 августа 1922 года на очередном своём заседании Собор постановил, что законная власть в России должна по духу и букве соборных клятв 1613 года принадлежать Дому Романовых. Телеграммы об этом, по постановлению Собора, были посланы старейшим представителям царской династии - вдовствующей императрице Марии Фёдоровне и великому князю Николаю Николаевичу. Правительству, которое генералу Дитерихсу ещё предстояло сформировать, Собор поручал вступить в переговоры с представителями династии.
Однако Романовы, как Мария Фёдоровна, так и Николай Николаевич, отдавали себе отчёт в том, насколько непрочно положение в Белом Приморье. Оба по существу заняли выжидательную позицию, ограничившись благодарственными телеграммами. Примечательно, что великому князю Кириллу Владимировичу, объявившему себя в эмиграции "императором всероссийским", никаких телеграмм не посылалось - Дитерихс не забыл о позорной роли, которую этот недостойный отпрыск династии сыграл в дни Февральской революции.
Собору поневоле пришлось организовывать белую государственность в Приморье с опорой только на местные силы. 8 августа 1922 года Собор избрал Верховным Правителем (т.е., преемником покойного А.В. Колчака) генерала М.К. Дитерихса. Это избрание было вполне прогнозируемо, учитывая, что именно Дитерихс был инициатором Собора. В Кафедральном Соборе Владивостока генерал торжественно принёс присягу. Текст её гласил: «Обещаюсь и клянусь Всемогущим Богом перед Святым Его Евангелием и Животворящим Крестом Господним в том, что принимаемое мною по воле и избранию Приамурского Земского Собора возглавление на правах Верховной Власти Приамурского Государственного Образования со званием Правителя я приемлю и сим возлагаю на себя на время смуты и нестроения народного с единой мыслью о благе и пользе всего населения Приамурского Края и сохранения его как достояния Российской Державы. Отнюдь не ища и не преследуя никаких личных выгод, я обязуюсь свято выполнить пожелание Земского Собора, им высказанное, и приложить по совести всю силу разумения моего и самую жизнь мою на высокое и ответственное служение Родине нашей России, - блюдя законы её и следуя её историческим исконным заветам, возвещённым Земским Собором, памятуя, что я во всём том, что учиню по долгу Правителя, должен буду дать ответ перед Русским Царём и Русской Землёй. В удостоверение сей моей клятвы я перед алтарём Божиим и в присутствии Земского Собора целую слова и Крест Спасителя моего. Аминь».
Таким образом, Дитерихс присягал на верность Земскому Собору и его решениям, провозглашал Дальний Восток неотъемлемой частью России, обязался не только бороться против большевиков за освобождение страны, но и блюсти её территориальную целостность - становясь тем самым правоверным идейным преемником прежних белых правителей. Но в тексте его присяги было одно существенное отличие: если прошлые лидеры Белого Движения, от Корнилова до Войцеховского и Молчанова, говорили о непредрешении будущего государственного устройства России до её освобождения от красных узурпаторов, то Дитерихс впервые открытым текстом провозгласил курс на восстановление монархии и обязывался дать отчёт в своих действиях перед будущим русским царём. Всякое соглашательство с февралистами было отброшено - коль скоро борьбе против большевиков целенаправленно придавался религиозный характер, коль скоро надежда у Белого Движения оставалась только на чудо, то с политическими силами, виновными в богомерзком клятвопреступлении 1917 года новой белой власти становилось категорически не по пути. Взывая к Богу о помощи, Белое Движение очищало свои ряды от тех, кто навлекал на себя и на Россию Божий гнев.
Михаил Константинович Дитерихс
Провозглашая возвращение к монархическим идеалам и планируя строить государственность России на всецело религиозных началах, Дитерихс в то же время отдавал себе отчёт в том, что пока большую часть империи, в том числе и обе столицы, контролируют большевики, любые разговоры о восстановлении монархии будут бесполезным празднословием. Реакция Романовых на Земский Собор укрепляла его ещё больше в этой мысли. Не случайно в своей программной речи перед Собором Дитерихс подчёркивал: "Первой нашей задачей стоит единственная, исключительная и определённая борьба с советской властью, свержение её. Дальше - это уже не мы. Дальше - это будущий Земский Собор". Осознавая, как всякий верующий христианин, своё недостоинство, Дитерихс брал на себя лишь роль "технического руководителя" борьбы с советской властью, устроение же государства после свержения большевиков должен был Земский Собор, созванный со всей Земли Русской. Увы, шанса увидеть такой Собор созванным жизнь белогвардейцам не дала.
Земский Собор также постановил направить две делегации за рубеж. Одна из них должна была отправиться в Токио, просить об отсрочке вывода с Дальнего Востока японских войск, под прикрытием которых Собор надеялся провести мобилизацию для дальнейшей борьбы против большевиков. Вторая, в состав которой вошёл член низложенного приамурского правительства Спиридон Меркулов, направлялась в Европу для установления связей с белоэмигрантскими организациями.
Собор также утвердил предложенную Дитерихсом структуру власти в Приамурском Земском Крае, как стала официально именоваться подконтрольная белым территория. Первичной ячейкой управления краем и органом местного самоуправления становился церковный приход во главе со священником и председателем приходского совета, избираемым по жребию. Здесь, очевидно, Дитерихс вдохновлялся историей Апостолов, описанной в Библии. и полагал, что Бог лучше укажет достойного кандидата, чем все голосования. Приходские советы направляли своих делегатов в Земскую Думу - новый законодательный орган, в котором, кроме делегатов от приходов, должны были заседать представители профсоюзных организаций, казачьих войск и сельских органов самоуправления. Исполнительную власть олицетворял собой верховный правитель Дитерихс с диктаторскими полномочиями, которому в помощь учреждался Поместный Совет.
Президиум Приамурского Земского Собора. В президиуме слева направо: Толок, ген. Бакшеев,
Почетный Заместитель Председателя Смиренный Мефодий, Архиепископ Харбинский и Маньчжурский,
проф. Миролюбов, Председатель Временного Приамурского правительства С.Д. Меркулов,
Домрачеев, Руднев, Унтербергер, Уточкин
10 августа 1922 года Земский Собор завершил свою работу. Структура власти, созданная им на Дальнем Востоке, носила подчёркнутый религиозно-фундаменталистский характер, в наибольшей степени отвечавший характеру Белой Борьбы как священной войны против узурпаторов-богоборцев. Впервые в истории Белого Движения его идеологически основы были проговорены прямо, без недомолвок и двусмысленностей, а конечной целью провозглашался возврат России к её традиционным формам государственности (в виде православной монархии) и традиционным же идеологическим основам. Дитерихс всерьёз надеялся, что открыто выдвинутые на повесткую дня религиозные лозунги способны не только привлечь к нему и его войскам Божию Милость, но и вдохнуть энтузиазм в народные массы. Дитерихсу и его соратникам по Земскому Собору казалось, что нет ничего дороже и святее для русского человека, чем то, за что они собирались сражаться. Увы, эти расчёты не оправдались: народные массы настолько устали и отупели от Гражданской войны, что стремились лишь к одному - поскорее закончить её на любых условиях, пусть даже ценой победы русофобов-большевиков. А причиной революции в 1917 году в значительной степени стала именно утрата народными массами живого религиозного чувства - того самого, к которому пытался апеллировать Земский Собор. Белому Движению на Востоке России оставалось всего два месяца неравной борьбы.
Заседание Приамурского Земского Собора. Впрочем, с учётом того, что проводился этот собор
во Владивостоке, логичнее было бы всё-таки именовать его Приморским.
Приамурский Земский Собор начал свою работу 23 июля 1922 года по инициативе генерала Дитерихса, прибывшего в Приморье по приглашению группы генералов - ветеранов колчаковской армии, рассматривавших его кандидатуру на должность главнокомандующего как наиболее приемлемую. Однако прежде, чем начать реорганизацию войск, необходимую для новых операций против большевиков после неудачного Хабаровского похода, Дитерихсу предстояло ликвидировать правительственный кризис, возникший в Белом Приморье отчасти из-за недостойного поведения братьев Меркуловых, оставивших армию без снабжения, отчасти - из-за застарелых трений между каппелевцами и семёновцами, грозивших перейти в прямое вооружённое столкновение. Героев Хабаровского похода правительство Меркуловых так и не наградило, склады с военным имуществом во Владивостоке оказались пусты, армия роптала. На это недовольство наложился неожиданный демарш Народного Собрания - своеобразного владивостокского парламента. Это Собрание 14 мая 1922 года утвердило - не больше, не меньше - новый закон о выборах в Учредительное Собрание, которым до участия в этих выборах допускались большевики. Меркуловы решили, что этим законом парламент превысил свои полномочия и объявил о его роспуске, Народное Собрание в ответ лишило полномочий правительство Меркуловых, армия разделилась (обиженные на Меркуловых каппелевцы решили встать на защиту Народного Собрания, Меркуловы, в свою очередь, в ответ решили опереться на семёновцев), ни у одной из сторон конфликта не было сил, чтобы добиться решительной победы (а народ метко окрестил происходящие события "недоворотом"). В общем, непрочной белой государственности на Дальнем Востоке грозил распад - и это под самым носом у большевиков.
Дитерихс в создавшейся обстановке решил пойти по пути "нулевого варианта" - добиться как отставки опозорившегося правительства Меркуловых, так и самороспуска Народного Собрания, вставшего на путь сотрудничества с большевиками. После этого Дитерихсу предстояло конструировать всю политическую систему в Белом Приморье с нуля, отказавшись от пресловутых "завоеваний Февральской революции" и опираясь на дореволюционные традиции русской государственности. А поскольку традиционная русская государственность - это государственность монархическая, законного же наследника русскому престолу большевики не оставили, Дитерихсу и его единомышленникам поневоле пришлось опираться на опыт 1613 года, когда новый монарх (и новая династия Романовых) был избран Земским Собором.
Дитерихс в создавшейся обстановке решил пойти по пути "нулевого варианта" - добиться как отставки опозорившегося правительства Меркуловых, так и самороспуска Народного Собрания, вставшего на путь сотрудничества с большевиками. После этого Дитерихсу предстояло конструировать всю политическую систему в Белом Приморье с нуля, отказавшись от пресловутых "завоеваний Февральской революции" и опираясь на дореволюционные традиции русской государственности. А поскольку традиционная русская государственность - это государственность монархическая, законного же наследника русскому престолу большевики не оставили, Дитерихсу и его единомышленникам поневоле пришлось опираться на опыт 1613 года, когда новый монарх (и новая династия Романовых) был избран Земским Собором.
Крестный ход перед проведением Приамурского Земского Собора. Владивосток, 1922 год.
Земские Соборы были обычным явлением в допетровской России. В критических для страны ситуациях или для обсуждения особо важных законов царь или Церковь созывали в столицу выборных от всей земли Русской - то есть, представителей от всех сословий русского общества. И это представительное собрание принимало нужное решение, повинуясь голосу своей гражданской и религиозной совести. То, что делегаты Земских Соборов были представителями именно сословий, а не политических партий, делало их позицию максимально ответственной.
По этому пути и пошёл Дитерихс. Прямых выборов делегатов на Собор не проводилось, он комплектовался представителями различных сословий и общественных групп, существовавших в Белом Приморье. В работе Собора принимали участие все члены распущенного ранее Приамурского временного правительства, Владивостокский, Камчатский и Харбинский епископы Русской Православной Церкви, представители старообрядческой и мусульманской общин, 15 представителей от воинских частей, назначенных командованием, все атаманы казачьих войск, части которых присутствовали в Белом Приморье, командующий флотом адмирал Старк, станичные атаманы и волостные старшины, представители от профсоюзов - в общей сложности 370 человек. Члены любых социалистических партий к участию в Соборе не допускались. Так что с одной стороны, собрание получилось достаточно представительным с точки зрения выражения интересов общественных групп Приморья, а с другой - правым по своей политической окраске.
Генерал М.К. Дитерихс на Крестном Ходе по случаю открытия Земского Собора.
23 июля 1922 года Собор начал свою работу. Заседание предварялось Крестным Ходом, прошедшим по Владивостоку: делегаты Собора и население города испрашивали Божия благословения на начинаемое дело. То есть, с первых дней генерал Дитерихс постарался придать создаваемой государственной власти религиозную окраску. Дело, однако, было не только в этом. Дитерихс был всерьёз религиозным человеком. Как грамотный военный специалист, он понимал, что военное положение в Приморье безнадёжно, что спасти Белое Дело может только чудо. Но как верующий христиаинин, он понимал, что чудеса случаются. И молил Бога, соборно молил, вместе со всеми людьми, ввергающими свою судьбу в его руки, об этом чуде - о даровании победы над большевиками.
3 августа 1922 года на очередном своём заседании Собор постановил, что законная власть в России должна по духу и букве соборных клятв 1613 года принадлежать Дому Романовых. Телеграммы об этом, по постановлению Собора, были посланы старейшим представителям царской династии - вдовствующей императрице Марии Фёдоровне и великому князю Николаю Николаевичу. Правительству, которое генералу Дитерихсу ещё предстояло сформировать, Собор поручал вступить в переговоры с представителями династии.
Однако Романовы, как Мария Фёдоровна, так и Николай Николаевич, отдавали себе отчёт в том, насколько непрочно положение в Белом Приморье. Оба по существу заняли выжидательную позицию, ограничившись благодарственными телеграммами. Примечательно, что великому князю Кириллу Владимировичу, объявившему себя в эмиграции "императором всероссийским", никаких телеграмм не посылалось - Дитерихс не забыл о позорной роли, которую этот недостойный отпрыск династии сыграл в дни Февральской революции.
Собору поневоле пришлось организовывать белую государственность в Приморье с опорой только на местные силы. 8 августа 1922 года Собор избрал Верховным Правителем (т.е., преемником покойного А.В. Колчака) генерала М.К. Дитерихса. Это избрание было вполне прогнозируемо, учитывая, что именно Дитерихс был инициатором Собора. В Кафедральном Соборе Владивостока генерал торжественно принёс присягу. Текст её гласил: «Обещаюсь и клянусь Всемогущим Богом перед Святым Его Евангелием и Животворящим Крестом Господним в том, что принимаемое мною по воле и избранию Приамурского Земского Собора возглавление на правах Верховной Власти Приамурского Государственного Образования со званием Правителя я приемлю и сим возлагаю на себя на время смуты и нестроения народного с единой мыслью о благе и пользе всего населения Приамурского Края и сохранения его как достояния Российской Державы. Отнюдь не ища и не преследуя никаких личных выгод, я обязуюсь свято выполнить пожелание Земского Собора, им высказанное, и приложить по совести всю силу разумения моего и самую жизнь мою на высокое и ответственное служение Родине нашей России, - блюдя законы её и следуя её историческим исконным заветам, возвещённым Земским Собором, памятуя, что я во всём том, что учиню по долгу Правителя, должен буду дать ответ перед Русским Царём и Русской Землёй. В удостоверение сей моей клятвы я перед алтарём Божиим и в присутствии Земского Собора целую слова и Крест Спасителя моего. Аминь».
Таким образом, Дитерихс присягал на верность Земскому Собору и его решениям, провозглашал Дальний Восток неотъемлемой частью России, обязался не только бороться против большевиков за освобождение страны, но и блюсти её территориальную целостность - становясь тем самым правоверным идейным преемником прежних белых правителей. Но в тексте его присяги было одно существенное отличие: если прошлые лидеры Белого Движения, от Корнилова до Войцеховского и Молчанова, говорили о непредрешении будущего государственного устройства России до её освобождения от красных узурпаторов, то Дитерихс впервые открытым текстом провозгласил курс на восстановление монархии и обязывался дать отчёт в своих действиях перед будущим русским царём. Всякое соглашательство с февралистами было отброшено - коль скоро борьбе против большевиков целенаправленно придавался религиозный характер, коль скоро надежда у Белого Движения оставалась только на чудо, то с политическими силами, виновными в богомерзком клятвопреступлении 1917 года новой белой власти становилось категорически не по пути. Взывая к Богу о помощи, Белое Движение очищало свои ряды от тех, кто навлекал на себя и на Россию Божий гнев.
Михаил Константинович Дитерихс
Провозглашая возвращение к монархическим идеалам и планируя строить государственность России на всецело религиозных началах, Дитерихс в то же время отдавал себе отчёт в том, что пока большую часть империи, в том числе и обе столицы, контролируют большевики, любые разговоры о восстановлении монархии будут бесполезным празднословием. Реакция Романовых на Земский Собор укрепляла его ещё больше в этой мысли. Не случайно в своей программной речи перед Собором Дитерихс подчёркивал: "Первой нашей задачей стоит единственная, исключительная и определённая борьба с советской властью, свержение её. Дальше - это уже не мы. Дальше - это будущий Земский Собор". Осознавая, как всякий верующий христианин, своё недостоинство, Дитерихс брал на себя лишь роль "технического руководителя" борьбы с советской властью, устроение же государства после свержения большевиков должен был Земский Собор, созванный со всей Земли Русской. Увы, шанса увидеть такой Собор созванным жизнь белогвардейцам не дала.
Земский Собор также постановил направить две делегации за рубеж. Одна из них должна была отправиться в Токио, просить об отсрочке вывода с Дальнего Востока японских войск, под прикрытием которых Собор надеялся провести мобилизацию для дальнейшей борьбы против большевиков. Вторая, в состав которой вошёл член низложенного приамурского правительства Спиридон Меркулов, направлялась в Европу для установления связей с белоэмигрантскими организациями.
Собор также утвердил предложенную Дитерихсом структуру власти в Приамурском Земском Крае, как стала официально именоваться подконтрольная белым территория. Первичной ячейкой управления краем и органом местного самоуправления становился церковный приход во главе со священником и председателем приходского совета, избираемым по жребию. Здесь, очевидно, Дитерихс вдохновлялся историей Апостолов, описанной в Библии. и полагал, что Бог лучше укажет достойного кандидата, чем все голосования. Приходские советы направляли своих делегатов в Земскую Думу - новый законодательный орган, в котором, кроме делегатов от приходов, должны были заседать представители профсоюзных организаций, казачьих войск и сельских органов самоуправления. Исполнительную власть олицетворял собой верховный правитель Дитерихс с диктаторскими полномочиями, которому в помощь учреждался Поместный Совет.
Президиум Приамурского Земского Собора. В президиуме слева направо: Толок, ген. Бакшеев,
Почетный Заместитель Председателя Смиренный Мефодий, Архиепископ Харбинский и Маньчжурский,
проф. Миролюбов, Председатель Временного Приамурского правительства С.Д. Меркулов,
Домрачеев, Руднев, Унтербергер, Уточкин
10 августа 1922 года Земский Собор завершил свою работу. Структура власти, созданная им на Дальнем Востоке, носила подчёркнутый религиозно-фундаменталистский характер, в наибольшей степени отвечавший характеру Белой Борьбы как священной войны против узурпаторов-богоборцев. Впервые в истории Белого Движения его идеологически основы были проговорены прямо, без недомолвок и двусмысленностей, а конечной целью провозглашался возврат России к её традиционным формам государственности (в виде православной монархии) и традиционным же идеологическим основам. Дитерихс всерьёз надеялся, что открыто выдвинутые на повесткую дня религиозные лозунги способны не только привлечь к нему и его войскам Божию Милость, но и вдохнуть энтузиазм в народные массы. Дитерихсу и его соратникам по Земскому Собору казалось, что нет ничего дороже и святее для русского человека, чем то, за что они собирались сражаться. Увы, эти расчёты не оправдались: народные массы настолько устали и отупели от Гражданской войны, что стремились лишь к одному - поскорее закончить её на любых условиях, пусть даже ценой победы русофобов-большевиков. А причиной революции в 1917 году в значительной степени стала именно утрата народными массами живого религиозного чувства - того самого, к которому пытался апеллировать Земский Собор. Белому Движению на Востоке России оставалось всего два месяца неравной борьбы.