Михаил Маркитанов (mikhael_mark) wrote,
Михаил Маркитанов
mikhael_mark

Categories:

Христианин ли Бампо?

О том, что его герой - христианин, Фенимор Купер повторяет с завидным постоянством на протяжении всей своей пенталогии. Однако не стоит забывать, что Купер по своим религиозным убеждениям - протестант, и о сути христианства судит по-протестантски. У православного же христианина такая самопрезентация любимого куперовского героя вызывает определённые вопросы, с которыми я и предлагаю своим читателям разобраться.







Натаниэль Бампо, он же Кожаный Чулок, он же Соколиный Глаз,
Длинный Карабин, Зверобой, Следопыт...



Прежде всего, поражает тот странный факт, что Бампо не молится. Не молится вообще, даже в самых отчаянных обстоятельствах, когда и атеист бы начал молиться. Но Бампо, регулярно декларирующий свою приверженность к христианству, ни в Божией помощи, ни в общении с Богом почему-то не нуждается (если христианину не о чем молиться - значит, у него есть повод воздать Богу благодарность). Бампо не молится, чтобы Господь отвратил от пагубного намерения Тома Хаттера и Гарри Непоседу, отправляющихся на "охоту" за индейскими скальпами, хотя их нечестивое намерение он и осуждает. Он не молится, когда Хетти Хаттер, самовольно и никого не предупредив, отправляется на переговоры с гуронами, хотя по всему видно, что он переживает за девушку. Он не молится, когда Магуа похищает Кору Монро и намеревается её обесчестить, хотя спасение Коры полагает для себя делом принципа. Он не молится, когда англичане начинают подозревать в предательстве его друга Джаспера - Пресную Воду. Он не молится, когда волнуется за Мейбл, оставшуюся в полном одиночестве в захваченном индейцами форте. Он не молится, когда отправляется в рискованные вылазки, не просит для себя Божия благослования, защиты и спасения души. И даже когда кто-то из дорогих для него людей погибает - Хетти Хаттер, Кора Монро, сержант Дунгам - мы не слышим от Бампо заупокойных молитв.






Бампо и Мейбл над телом умирающего сержанта Дунгама.
Иллюстрация к роману "Следопыт".




Более того. Бампо, называя себя христианином, никак не определится со своей конфессиональной принадлежностью. Точнее, он даже не хочет этого. Ему вполне достаточно того, что он сам себя чувствует христианином, а межконфессиональные различия он полагает бесполезной для себя информацией, в которую не собирается вникать.  Вы чувствуете, что это значит? По сути, Бампо не испытывает потребности принадлежать к христианской общине, он живёт вне Церкви, и его в этом всё устраивает. Между тем, христианства вне Церкви попросту нет, Христос прямо говорит в Евангелии о своём намерении создать на земле Церковь ("созижду Церковь Мою и врата ада не одолеют её) и о том, что именно молитвы Церкви будут Им приниматься ("аще и Церковь преслушает, буди тебе, якоже язычник и мытарь", но при этом "Где двое или трое собраны во имя Моё, там Я посреди них").

Скажу более: в романе "Последний из могикан" Бампо довольно жёстко насмехается над псаломщиком Дэвидом Гамутом, случайным попутчиком главных героев в их странствиях по Фронтиру. Причём предметом насмешек становится именно род занятий Гамута. Так что главный герой Купер не только сам не участвует в церковной жизни, но и полагает её пустой тратой времени. Согласитесь - странное поведение для христианина.




Нат Бампо и Дэвид Гамут.


Есть в Бампо и ещё одна черта, более чем странная для христианина. Нормативный христианин свою веру полагает единственно истинной, все же остальные религии - бесовским наваждением, которое необходимо преодолеть, и те, кто придерживается любых нехристианских верований, подвергают свою душу крайней опасности. Однако Бампо совершенно равнодушен к тому, что живущие вокруг него индейцы - язычники. Он готов горячо оправдывать все их обычаи тем, что им так проще выживать в диких условиях. И напутствуя умерших индейцев в последнюю дорогу, Бампо совершенно спокойно обещает им переход в "леса, богатые дичью", в полном соответствии с их представлениями о посмертии (точнее, в соответствии с ошибочными представлениями Купера о верованиях индейцев).






"Каждого из нас будут судить на том свете по его делам. Я полагаю, ты знаешь об этом довольно
и не нуждаешься в проповедях. Ты попадешь в леса, богатые дичью, если был справедливым индейцем,
а если нет, то будешь изгнан в пустыню. У меня несколько иные понятия на этот счет.
Но ты слишком стар и опытен, чтобы нуждаться в поучениях такого юнца, как я"
("Зверобой, или первая тропа войны")
.




Таким образом, в лице Бампо мы не видим религиозного человека. Он не нуждается в общении с Богом, он не испытывает дискомфорта из-за невозможности прибегнуть к Святым Тайнам или облегчить свою душу покаянием, он, наконец, спокойно совершает действия, которые христианское учение полагает вероотступничеством. В чём же, в таком случае, автор видит христианство своего героя? Прежде всего - в его характере, в его отношении к людям. Бампо не уклоняется от войны, пришедшей на его землю (точнее, на ту землю, где он живёт, своей настоящей Родины - Англии - он почти не помнит), но необходимость воевать явно тяготит его. Бампо любит подчёркивать, что все люди в равной степени сотворены Богом и обо всех у Господа есть Свой Замысел (это у него любимый аргумент против расизма, высказываемого другими персонажами Купера). Уважение, которое проявляет этот герой к людям, независимо от их цвета кожи и социального статуса, явно навеяно христианством (чему, вообще-то остаётся только подивиться - ведь Бампо неграмотен и Библию не читал, а возможности слушать церковные проповеди Купер его лишает). Бампо никогда не пускает в ход оружие без крайней необходимости. Он неизменно готов простить врагу всё причинённое этим врагом зло, как только враг оказывается побеждён. Он горячо предостерегает своих боевых товарищей от мести, порой даже чересчур горячо, мешая окончательному разгрому ещё сопротивляющегося неприятеля (как в финале романа "Следопыт"). Кроме того, Бампо в любую минуту готов к самопожертвованию во имя ближнего и свято держит данное им слово, даже когда это сопряжено с риском для его жизни. То есть, перед нами человек, не являющийся практикующим христианином, но воспитанный христианской культурой и живущий, по мере своего разумения, в соответствии с нормами этой культуры.



Бампо у пыточного столба. Герой Купера добровольно отдал себя в плен к гуронам
и пошёл на пытки ради того, чтобы отвлечь их на себя и дать Гарри Непоседе
возможность привести подмогу. В противном случае жертвами индейской мести
станут две девушки-сироты.
Подробно об этой ситуации я писал здесь.




Откуда же появился у Купера именно такой персонаж? В голову писателя я, конечно, не залезу, но попытаться понять его замысел, зная историко-культурный контекст, в котором создавались куперовские романы, вполне можно. Контекст же этот - контекст Нового Времени. Бампо живёт и действует в условиях середины - конца XVIII века, Купер же описывает его приключения из начала века XIX-го. Это был период, когда бурное развитие капиталистических отношений в значительной степени ослабило живое религиозное чувство в некогда христианском обществе. Нравственные ограничения, которые христианская вера накладывает на людей (и в соответствии с которыми пытается жить Бампо), оказались сперва десакрализованы Реформацией, а потом и вовсе отброшены, как ненужный балласт. Религия, прежде бывшая главным самоидентификатором человека, отходит на второй план, ей на смену приходит совсем иная самоидентификация. В первую очередь - национальная и расовая. Именно в этот период, в XVIII - XIX веках, в массовом сознании зарождается и укрепляется расизм как оправдание захватнических войн и работорговли.

Куперу такая тенденция решительно не нравится. Он пытается ей в меру своего литературного таланта противодействовать, пытается создать такой образ, который бы олицетворял собой забытый и задвинутый его соотечественниками в дальний угол образ традиционного христианина, пытается показать нам красоту этого образа.  Вот только Купер, будучи потомственным протестантом уже в нескольких поколениях, сам не до конца понимает, каким же должен быть традиционный христианин, что для него должно быть важнее всего в жизни. А потому образ, вышедший из-под его пера, не получился достаточно убедительным. Бампо ярко воплощает в себе героическое начало. Столь же ярко он воплощает в себе и начало нравственное. Но вместо живой христианской веры мы видим в нём какую-то безжизненную и беспомощную сентиментальность и пустое морализаторство, в равной степени неубедительное как для бледнолицых, так и для индейцев. Не потому ли и сам Бампо оказывается беспомощен в полемике против беспощадно надвигающихся на Запад людей "новой формации"?
Tags: Книжная полка, Культурология, Об особенностях трактовки образа, Фенимор Купер
Subscribe

Posts from This Journal “Фенимор Купер” Tag

Buy for 10 tokens
То, чего я так боялся в прошлом году, увы, становится реальностью и приобретает конкретные очертания. Похоже, с нашими поездками на озеро Большое Унзово - окончательно и бесповоротно всё. Рейдерам, захватившим нижегородский НИИ Радиотехники (причём на безупречно законных основаниях захватившим -…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 25 comments

Posts from This Journal “Фенимор Купер” Tag