Михаил Маркитанов (mikhael_mark) wrote,
Михаил Маркитанов
mikhael_mark

Category:

Виталий Илинич - о том, почему подростки становятся гитлеропоклонниками

Откуда в народе такая любовь к немцам?

Я думаю, многие из вас сталкивались с проявлениями любви к немцам, их технике и военному искусству, доходящей иной раз до низкопоклонства. Порой это принимает просто чудовищные формы, когда все немецкое объявляется лучше любого другого, все советское (российское) — "сделанным на коленке", ненадежным и некачественным, теряемым в первом же бою, советские солдаты обзываются безвольным скотом, посылаемым низкоквалифицированным командованием на смерть, и чуть что сдающимся, и так далее. Немецкие же солдаты выставляются во всех случаях храбрыми, тактически грамотными, а командование — эдакими тонкими интеллектуалами-специалистами. Казалось бы, странно наблюдать такое среди потомков тех, кто сражался против немцев и победил их. Давайте же попробуем разобраться в причинах подобного образа мыслей.








Я вижу этому несколько причин.

Первой причиной я бы назвал стремление людей ассоциировать себя с кем-то умным, сильным и ловким, причем именно в индивидуальном зачете. Казалось бы, немцы и правда, особенно в начале войны, серьезно превосходили нас и в выучке, и в тактике, и в организации, а кое-где и в оперативном искусстве. Логично, что кому-то может показаться приятнее ассоциировать себя с таким бойцом, нежели с «проигрывающим» красноармейцем. Тем более, что многие воспринимают войну как некое спортивное состязание, в котором нужно играть по неким «правилам», заключающимся чуть ли не в сражениях один на один по «пацанским понятиям». В том числе и поэтому все время возникают споры о лучшем танке, например, — людям хочется выигранных дуэлей, без влияния внешних факторов, ведь только так можно «по-пацански» выяснить, кто сильней. Но война — это не спортивное соревнование. В ней свои правила, очень многосторонние и понятные не каждому. Поэтому даже в 1944 45 красноармеец опять выигрывает не в инивидуальном зачете, так как армия победы рассчитана на массовость и силу удара, и удары наносятся при значительной концентрации сил. Стоит отметить и отдельные немецкие технические средства, типа тех же Тигров, которые позволяют отдельным личностям достигать высоких индивидуальных показателей (в виде настрела сотни танков). Влияние этих показателей на ситуацию на фронте не так важно для современного «индивидуалиста», как четкая циферка личного счета. И непонимание того, что важнее для армии, выливается в мнение, что каждый немец по отдельности был круче нашего бойца, а мы просто задавили немцев количеством, что опять же «неспортивно» и не «по-пацански». Логично, что в такой системе ценностей человек может стремится в сторону более «спортивной» и «четкой» армии.

Второй важной причиной я бы назвал распространение «крутости» немцев 41-го на немцев, например, 44-го. Нам кажется, что немцы были перманентно круты, ведь это, вроде бы как, те же самые немцы. Но, к счастью, боеспособность не так зависит от национальности (хотя наверняка есть какое-то влияние культуры и воспитания человека), как от подготовки и выучки. И действительно отлично подготовленные бойцы Вермахта 41-го года еще в 41-м году начали заканчиваться и заменяться более «обычными», подготовленными в срочном порядке, когда выяснилось, что война пошла немного не по плану. В 42-м отмечается низкий уровень прибывающих пополнений, в сравнении с бойцами «старой школы», а после кучи сражений, отступлений и котлов к лету 44-го от былого Вермахта остались рожки да ножки. «Немец пошел не тот», как говаривали наши ветераны. Конечно это был все еще грозный противник, но и РККА к 44-му году была уже не та, что в 42-м. Начиная с 43-го маховик войны закрутился в обратную сторону, и теперь уровень РККА рос, а уровень Вермахта снижался. Так что некоторые чудом оставшиеся в живых асы-летчики и танкисты могли похвастать только личным счетом и невероятной живучестью (как танкист Отто Кариус, который, по его словам, был ранен пятью или семью пулями из советского пистолета-пулемета, но выжил), но влияние их действий в масштабах всего фронта было невелико (не говоря уж о том, что все счета имеют некий коэффициент к реальным результатам).

Третьей, и едва ли не важнейшей, причиной является «запретность» темы. Долгое время людям пытались «запретить» «играть в фашистов», собирать модели «фашистской техники», интерес к немецкой армии всячески порицался, а сведения о немецкой армии, доступные рядовому читателю, были крайне противоречивы, если не сказать лживы. И до сих пор на тех, кто интересуется немецкой армией, оказывается моральное давление, будто бы даже сам интерес к немецкой армии предосудителен. Логично, что в голове многих молодых людей, настроенных негативно ко всему, что им пытаются силой вдолбить в голову, возникает ощущение «крутости» этой «запретной» темы, а моральное давление со стороны старших имеет прямо противоположный эффект — вызывает только еще большее желание с одной стороны вкусить «запретный плод», а с другой — эпатировать их своим нонконформизмом (шокировать своим протестом против устоявшегося). Немалое число людей в детстве желало «победы» Коту из Тома и Джерри, Волку из «Ну погоди», Кащею бессмертному, иным отрицательным персонажам. Возможно «фашисты» в этом возрасте стоят с ними в одном ряду, особенно в советских произведениях на эту тему для детей, где «фашисты» представляются каким-то карикатурным и абстрактным злом, и в советских фильмах, где их положительные герои громят их налево и направо. Наверняка психологи как-то это объясняют, нужно будет у них поинтересоваться. Иной раз это принимает очень острые формы.

Четвертой причиной, на мой взгляд, будет фактор внешнего вида. Очень многим не хочется ассоциировать себя с красноармейцем в выгоревшей мешковатой форме с винтовкой. Иное дело красивая немецкая форма, еще и камуфляжная, к тому же, и какой-нибудь «элитный» вид оружия — штурмовая винтовка STG-44 с ночным прицелом, там, или что-то в этом роде. Опять же, это стремление ассоциировать себя с некоей индивидуальностью, крутым пехотинцем в красивой форме и с новейшим на тот момент оружием, танкистом на Тигре (минимум на Пантере) или летчиком в кабине реактивного Мессершмитта 262. На мой взгляд, внешняя эстетика — это реально важный фактор, и его влияние я особенно замечаю в последнее время, когда внешний вид отечественного солдата стал стремительно меняться в сторону осовременивания, а образ заменяться в общественном сознании образом крутого ССОшника (ССО — силы специальных операций). У многих молодых людей он существенно подвинул стоявший до этого уверенно образ американского «зеленого берета» или «морского котика».

Пятой причиной будет распространенная в нашем обществе установка «немецкое — хорошее» и «немецкое — качественное». Немцы действительно добились существенных успехов в строительстве различной техники, однако совершенно неправильно распространять современное положение Германии на то, где она была в 30-40-х годах. И уж тем более не стоит приводить сравнение между «качеством» наших и немецких танков времен ВМВ на основании аналогии с качеством современных автомобилей. Танки — это не автомобили, выпускались они семьдесят и более лет назад, да и совершенно в других условиях. В итоге очень многие, представляя себя за рычагами так любимой «рейхофилами» Пантеры, даже не подозревают, что она была, наверное, самым ненадежным из крупносерийных основных танков своего времени. Даже несмотря на то, что она немецкая, и даже несмотря на так охотно приписываемую ей «совершенность». Но привычная установка «немецкое — хорошее, советское — плохое» сидит где-то глубоко в подсознании и оказывает свое влияние на то, что людям будет нравиться.

Шестой причиной я бы назвал еще одну вещь связанную с внешним видом. У немцев намного лучше обстояло дело с фотоаппаратами и навыком обращения с ними (логично, что если фотоаппараты людям привычны и распространены, то доля хорошо обращающихся с ними людей будет повышаться). Поэтому мы намного чаще видим хорошие и качественные немецкие снимки, и почти не видим наши. Немцы просто больше снимали и у них лучше получалось это делать (я не говорю о том, что у нас не было хороших фотографов, но общий уровень, полагаю, у немцев был сильно выше). В том числе и поэтому я чаще использую фотографии немецкой техники или немецкие фотографии отечественной техники. Их больше и они в более хорошем качестве. Но одновременно это создает образ красивого немца в красивой форме на четком индивидуальном снимке, и немного размытого красноармейца на не слишком удачной, чаще групповой, фотографии, что и откладывается где-то в глубинах сознания. Между тем, те люди, что смотрят на нас из статей и книг, с фото- и кинопленки, выглядят порой не совсем так, как они выглядели в окопах. Фотограф тоже ведь выбирает, что снимать. Армии, находящиеся в течение длительного времени в реальных боевых условиях, довольно быстро становятся друг на друга похожи.






"Марш побеждённых": колонна немцев, взятых в плен в ходе операции "Багратион",
проходит по Москве. И что осталось от их некогда элегантной униформы?


А это - наша армия на Параде Победы 1945 года.
И пусть бросит в меня камень тот, кто посмеет утверждать,
что их форма выглядит неэлегантной и мешковатой.




Все это вместе или по отдельности и в разных долях влияет на то, что человек выберет более близким себе. Наверняка есть и другие факторы, в том числе, говорят, идущие чуть ли не из 18-го века, но мне наиболее ясно видны указанные выше.

Одновременно с этим, человек, выбравший немецкую сторону в качестве, скажем так, «объекта повышенного интереса», может испытывать некоторый дискомфорт от того, что творило в то время гитлеровское государство, или от давления на него современного социума, имеющего о немецком государстве соответствующее представление. Но коль скоро немецкая армия неразрывно связана с политикой гитлеровцев (так как армия является инструментом для достижения политических целей), уйти от связи между ними практически невозможно. В любом случае любые успехи немецкой армии — это успехи для страны, поставившей своей целью уничтожение десятков миллионов человек (кого по национальному признаку, а кого просто чтобы не расходовать еду и не урезать немецкий паек). И нередко этот дискомфорт пытаются убрать двумя способами — либо человек приходит к мысли, что «так им и надо, всех убить ради немецкого благополучия», что, согласитесь, странно слышать от наших с вами соотечественников, либо он начинает полностью отрицать все негативное, что говорят про немецкое государство тех времен, в более «мягких» формах пытаясь отделить армию и боевые части от государства и карающих органов (дескать, Вермахт и (иногда) боевые части СС занимались войной, а военными преступлениями и геноцидом занимались партия и общие СС), а в более «острых» формах — утверждать, что нет вообще никаких подтверждений геноциду, а все документы подделали евреи. В большинстве случаев, этим двум крайностям уже ничего не получится объяснить.

Я не считаю, что немцефилия — это хорошо, но точно так же я против огульного осуждения интереса к немцам. Время идет, эмоции спадают, и для современной молодежи эти «фашисты» - это что-то очень далекое, просто история, и поэтому вполне логично встретить непонимание с их стороны при попытках «напрягать их моралью и нравоучениями». Я считаю, что нужно не пытаться навязывать свое мнение, а просто распространять информацию о том, как и что происходило в действительности в те времена, с объяснениями почему то или иное важнее. Так мы будем ближе к диалогу и дальше от разделения на лагеря «совков» и «фашистов», и одновременно лучше познакомимся с реальностью тех времен. Не менее важно отделять интерес к немцам от попытки оправдать их политику. Лично я высоко оцениваю их как военных, глубоко интересуюсь их организацией, техникой и тактикой, но стараюсь не забывать о том, за что они воевали, сколько моих соотечественников должно было погибнуть в случае их победы, и сколько погибло в реальности, в процессе борьбы с ними.


(С) Источник (публикуется в сокращении)



И необходимое дополнение от хозяина блога. Думаю, психологические причины распространения среди молодёжи гитлерофильства и "гламурного нацизма" в статье указаны в целом верно. И очень радует, что автор, стремясь понять оппонента, всё же не скатывается на его точку зрения и не призывает к тошнотворной политкорректности, честно называя зло - злом и настойчиво напоминая о том, "сколько моих соотечественников должно было погибнуть в случае их победы, и сколько погибло в реальности, в процессе борьбы с ними". Я не могу согласиться с точкой зрения В. Илинича, будто существуют причины, по которым подростковой "немцефилии" не надо было бы противостоять (см. исходный текст), что поскольку Великая Отечественная война для современной молодёжи - уже далёкая история, то и "эмоции", которые старшее поколение испытывает при одном только упоминании нацистов, должны восприниматься как пустые нравоучения. Противостоять культу внешнего врага, активно насаждаемому среди молодёжи, необходимо - ибо только в случае такого организованного противостояния мы можем быть уверены, что новый враг, рискнувший заявить претензии на наши территории, получит столь же жёсткий всенародный отпор, как и в 40-е годы прошлого века. Но для того, чтобы противостояние "фашизации" нашей молодёжи шло успешно, важно понимать, какие причины, какие факторы двигают эту фашизацию. И противопоставлять пропаганде "просто истории" - правду о войне, правду о нацизме, о его целях в отношении России и о наших жертвах.

Ну и, конечно, важно понимать, что спектр причин, перечисленных В. Илиничем, не будет полным без ещё как минимум двух факторов. Во-первых - это отношение коммунистической власти к христианству в целом и к Русской Православной Церкви в частности, в значительной степени разделяемое до сих пор и большой частью представителей старшего поколения, и многими в современной российской власти. Пока государствообразующая религия в стране подвергается притеснениям со стороны власть имущих, в народе будут находиться те, кто считает свою страну оккупированной, себя - не связанным никакими нравственными обязательствами с действующей властью, и с надеждой поглядывает за рубеж. Конечно, такая жизненная позиция в корне порочна, и её порочность надо изобличать. Но не лучше ли создать такие условия, в которых эта самая жизненная позиция попросту станет невозможной?


И во-вторых, сочувственный интерес к нацизму и коллаборационизму усиленно подпитывается беспределом этнопреступных группировок, с которыми наши разлюбезные власти ничего не хотят делать, страшась нового всплеска терроризма из-за того, что очередному убийце или насильнику из числа мусульман будет вынесен обвинительный приговор. В результате русские люди в своей родной стране чувствуют себя абсолютно незащищёнными. А незащищённость при осознании, что угроза исходит именно от лиц, так скажем, не совсем нашей расы, закономерно порождает расистские настроения. Бороться с этими настроениями путём бесконечных камланий на тему толерантности и мультикультурализма - бесполезно. Я, конечно, понимаю, что не все мусульмане - преступники, что среди них много вполне адекватных людей. Но всё же слишком большой процент мусульман среди преступников, равно как и слишком лояльное отношение судов к преступникам-мусульманам закономерно рождают вопросы. Здесь важно разъяснять - разъяснять неустанно - молодёжи, что Гитлер вёл борьбу в первую очередь именно с русскими, и в этой борьбе как раз старался опираться на исламских экстремистов. А главное - обеспечить, наконец, реальное равенство всех перед законом, чтобы осуждение или оправдание человека судом зависело только от степени его личной вины, а не от его религиозной или национально-расовой принадлежности. Dixi. 

Tags: Восток - Запад, За нашу Победу
Subscribe

Posts from This Journal “За нашу Победу” Tag

Buy for 10 tokens
То, чего я так боялся в прошлом году, увы, становится реальностью и приобретает конкретные очертания. Похоже, с нашими поездками на озеро Большое Унзово - окончательно и бесповоротно всё. Рейдерам, захватившим нижегородский НИИ Радиотехники (причём на безупречно законных основаниях захватившим -…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments

Posts from This Journal “За нашу Победу” Tag