Михаил Маркитанов (mikhael_mark) wrote,
Михаил Маркитанов
mikhael_mark

Categories:

Мы не были ни извергами, ни святыми. Жизненный путь марковца Гиацинтова

Среди героев русской Гражданской войны особое место принадлежит Эрасту Николаевичу Гиацинтову. Ему было всего 22 года на момент большевистского переворота, который многие его сверстники приняли не просто с энтузиазмом - с восторгом. А Эраст Гиацинтов хранил в сердце верность низложенному государю Николаю Александровичу и мечтал о возрождении монархии. Но в то время, когда другие "чаятели монархии" искали помощи на стороне немецких оккупантов, льстя себя надеждой на солидарность немецких монархистов, Гиацинтов сделал радикально противоположный выбор, вступив в белую Добровольческую Армию. Этому выбору он остался верен и в эмиграции, и в период гитлеровской оккупации, и в сложные послевоенные годы, оставив после себя воспоминания о Белой Борьбе. Впрочем, не будем забегать вперёд.






Эраст Николаевич Гиацинтов




Итак, Эраст Николаевич Гиацинтов (1894 - 1975) - русский офицер, ветеран Первой Мировой войны, участник Белого Движения на Юге России, штабс-капитан, впоследствии - подполковник Марковской дивизии.

Гиацинтов происходил из старинного священнического рода, однако сам он поповичем уже не был - его прадед выслужил себе потомственное дворянство в начале XIX столетия, и уже отец Эраста Николаевича занимался сугубо мирскими делами - служил в министерстве финансов и писал статьи по экономическим вопросам. Семья, однако, сохраняла твёрдые религиозные убеждения, так что преданность вере, царю и Отечеству Эраст Николаевич впитал с детских лет. Мать Гиацинтова, гречанка по национальности и дочь героя Кавказской войны, всё свободное время посвящала благотворительности. Сам герой нашего повествования появился на свет 10 ноября 1894 года в Царском Селе - том самом населённом пункте под Петербургом, где так любили проводить своё время царственные страстотерпцы. Вероятно, в детстве ему не раз доводилось видеть молодого государя и его супругу, так что царь Николай Александрович для него был не отвлечённым символом государственности и даже не просто главой его родного государства, а живым и хорошо знакомым человеком.

В 1912 году Гиацинтов закончил Николаевский кадетский корпус в Санкт-Петербурге, после чего поступил в Константиновское артиллерийское училище. Артиллерия тогда была модной специальностью среди тех, кто мечтал связать свою судьбу с военной службой - её роль на полях сражений неуклонно повышалась, к тому же артиллерийские училища давали хорошую теоретическую подготовку. Гиацинтов успел завершить обучение как раз к началу Первой Мировой войны и вышел офицером в 3-ю гренадерскую артиллерийскую бригаду, во 2-ю батарею, которой впоследствии командовал.



Здание Константиновского артиллерийского училища в Петербурге. Фото начала ХХ века.


Эраст Гиацинтов - артиллерийский офицер.
Фото 1914 года.




Бригада начала свою боевую работу на Юго-Западном фронте, в ходе Первой Мировой войны неоднократно переводилась то на Северо-Западный, то на Западный фронт, то снова на Юго-западный. Вместе с ней прошёл весь её боевой путь и Эраст Гиацинтов, удостоившийся за своё участие в Первой Мировой войне Ордена Святого Станислава двух степеней, Ордена Святой Анны трёх степеней и Ордена Святого Владимира. Гиацинтов участвовал в Галицийской битве, в боях на Висле осенью 1914 года (где со своими артиллеристами помешал австрийцам захватить стратегически важный понтонный мост), 13 июля 1915 года, прикрывая огнём отход Сибирского гренадерского полка, был ранен в руку. В дальнейшем он принимал участие в Брусиловском прорыве и закончил войну штабс-капитаном.

В своих мемуарах Гиацинтов с возмущением пишет о Февральском перевороте, о роли, которую в этом перевороте сыграли высшие чины армии и руководство государственной думы. В то же время он признаёт, что генерал Алексеев своим участием в Белом Движении смог себя реабилитировать. Гиацинтова возмущает развал фронта, начавшийся сразу же после революции, постыдные братания русских солдат с неприятелем. В артиллерии, правда, порядок ещё поддерживался, так что Гиацинтов, вернувшийся летом 1917 года из отпуска в родную бригаду, деятельно принимает участие в поддержании порядка и даже в подавлении мятежа одного из полков. Увы, хаос, порождённый революцией и бездумным законотворчеством "временного правительства" в конце концов охватил всю армию, и не таким мелким сошкам, как Гиацинтов, увы, было его остановить.

В августе 1917 года Гиацинтов снова покидает фронт. Предчувствуя, что надвигается нечто грандиозное и по-настоящему страшное, он решает узаконить отношения с девушкой, в которую давно был влюблён  - с Софьей Владимировной, которую он в своих мемуарах нежно называет Софочкой. Увы, их отношения не продлились долго, через три недели Гиацинтов отбыл на фронт, оставив жену в Москве, а потом его закружили вихри Гражданской войны. В 1924 году брак был расторгнут по инициативе Софьи Владимировны, встретившей в большевистской России новую "любовь".




Эраст Гиацинтов и его первая жена Софья Владимировна в 1923 году,
незадолго до развода.





Вернувшись на фронт, Гиацинтов застаёт свою артбригаду полностью разложившейся. Солдаты в лицо называют его "убийцей" (за то самое подавление восстания в пехотном полку, о котором я говорил выше) и в конце концов добиваются его отрешения от должности. А вскоре власть в столице захватывают большевики.

Большевистского переворота Эраст Николаевич, как и следовало ожидать, категорически не принял. Ему было известно об Алексеевской организации, и немудрено, что молодой офицер-патриот решает пробираться на Дон, где генерал М.В. Алексеев начал формирование добровольческих антибольшевистских дружин. Однако в Алексеевской организации Гиацинтов быстро разочаровывается: ни генерал Алексеев, ни прибывший вскоре на Дон походным порядком генерал Л.Г. Корнилов не решаются открыто провозгласить монархический лозунг, стремясь к объединению всех патриотических и антибольшевистских сил. Гиацинтов выезжает на Кубань в надежде, что монархическое движение может возникнуть там среди казаков, ему известно, что кубанцы создают свои вооружённые отряды во главе с В.Л. Покровским. Однако обстановка на Кубани разочаровывает его ещё сильнее - казаки деморализованы и в громадном своём большинстве сражаться не хотят, казачья верхушка одержима либеральными и сепаратистскими идеями, а за формированиями Покровского ничего серьёзного и основательного не чувствуется.

В результате Гиацинтов возвращается в Москву, где, найдя себе несколько сторонников, занимает с ними ряд домов вокруг Кремля и пытается организовать антибольшевистское восстание. В некоторых источниках пишут, что Гиацинтов участвовал в ноябрьских боях с большевиками и в обороне Кремля, однако это не соответствует действительности. Бои юнкеров с большевистскими отрядами завершились раньше, чем Алексеев начал свои формирования на Дону, так что к началу этих боёв Гиацинтов вряд ли успел бы вернуться в Москву, особенно с учётом обстановки на железных дорогах. Скорее всего, Эраст Николаевич именно пытается организовать антибольшевистское восстание, но народ, напуганный зверской расправой над юнкерами, отказывает ему в поддержке. И Гиацинтов вынужден снова вернуться на Дон: там, по крайней мере, идёт реальная боевая работа. А молодой монархист рвётся воевать против узурпаторов.

Путь Гиацинтова лежал через Киев, где под властью немецких оккупантов возникло марионеточное правительство гетмана Павло Скоропадского. Примечательно, что Гиацинтов с возмущением пишет об обилии русских офицеров, обосновавшихся в Киеве под защитой немецких штыков и совершенно не рвущихся в Добровольческую Армию. Для себя Эраст Николаевич уже решил, что в создавшейся обстановке требует от него долг русского патриота - и резко разошёлся с теми, кто этому долгу следовать не желал, каковы бы ни были их мотивы.

Гиацинтов вступает в Добровольческую Армию в октябре 1918 года. Как офицера-артиллериста с реальным боевым опытом, его направляют во 2-ю батарею 1-го отдельного лёгкого артиллерийского дивизиона, впоследствии развёрнутого в артиллерийскую генерала С.Л. Маркова бригаду. В рядах артиллеристов-марковцев Гиацинтов участвует во 2-м Кубанском походе, освобождает от большевистского владычества Северный Кавказ и Ставрополье. В одном из приказов по 2-му дивизиону Марковской артиллерийской бригады отмечалось В самом конце 1918 года его бригаду перебрасывают на Донбасс. Однако в Донбасской операции Добровольческой Армии поучаствовать ему не удалось. По дороге Эраст Николаевич подхватил сильное воспаление лёгких и вместо Донецкого фронта попал в госпиталь.







После выписки из госпиталя Гиацинтов первым делом отправляется в Екатеринодар - навестить обосновавшихся там родителей. А затем, испросив родительского благословения, является в штаб Артиллерийского управления в Екатеринодаре за новым назначением. Увы, после перенесённой болезни из-за слабости ног он не мог больше держаться в седле, что лишало его возможности вернуться обратно в полевую артиллерию. В конце концов офицер-дроздовец Н.Д. Невадовский устраивает Гиацинтова на бронепоезд "Генерал Корнилов", в составе команды которого Эраст Николаевич участвует в освобождении Харькова. На бронепоезде Гиацинтов командует 3-хдюймовым дальнобойным орудием, установленным на открытой площадке. Впрочем, бронепоездом "Генерал Корнилов" был только по названию: по свидетельству Гиацинтова, вся его "броня" состояла из мешков с песком. После освобождения Харькова бронепоезд Гиацинтова начинает совершать регулярные рейды на занятый большевиками Богодухов, обстреливая красные войска. Эти рейды каждый раз дорого обходились команде бронепоезда - из-за отсутствия на нём полноценной брони ответным огнём красных выбивались лучшие бойцы.

В сентябре 1919 года, когда его здоровье полностью восстанавливилось, Гиацинтов вернулся в Марковскую дивизию. В качестве офицера разведки Гиацинтов принял участие в Походе на Москву. В бою под деревней Субботино Гиацинтов фактически спас марковцев от разгрома, своевременно обнаружив красную стрелковую цепь и навязав ей бой. В этом бою Эраст Николаевич был ранен, лошадь под ним убило, он чудом избежал плена и расстрела благодаря одному из своих подчинённых. Через несколько дней Гиацинтов отличился при взятии города Щигры, первым ворвавшись в него и захватив там красный обоз с семью пулемётами. Увы, полоса успехов скоро сменилась неудачами. Вместе с Марковской дивизией Гиацинтов отступил от Ливен на юг и эвакуировался с остатками дивизии в Крым.

В Крыму Гиацинтов продолжил службу под командованием генерала П.Н. Врангеля, был произведён в капитаны, а затем - и в подполковники. Гиацинтов аттестовал Врангеля как "изумительно храброго воина, очень дальновидного и умного администратора". Увы, Врангель уже не мог спасти положения. В мае 1920 года Гиацинтов разведывал красные позиции перед Перекопом и удачно выбрал позиции для марковской артиллерии, с которых и началась артиллерийская подготовка наступления Врангеля в Северную Таврию. Затем Гиацинтов сражался в районе Каховского плацдарма, а последний свой бой большевикам он дал под Геническом уже в октябре 1920 года. "За все время службы в управлении дивизиона штабс-капитан Гиацинтов всегда отличался примерным исполнением возлагаемых на него поручений, - характеризовал Эраста Николаевича приказ по 2-му дивизиону Марковской артиллерийской бригады. - Команда разведчиков управления дивизиона была поставлена им на должную высоту и исполняла не только чисто артиллерийские, но часто и кавалерийские задачи, до конных атак включительно, причем всегда с выдающимся успехом".




Эраст Николаевич Гиацинтов.



После оставления врангелевскими войсками Крыма Гиацинтов эвакуировался на остров Лемнос, откуда поступил рядовым во французский Иностранный Легион. В составе этого французского формирования он участвует в боях на Ближнем Востоке, где сталкивается с откровенно хамским отношением французского командования, видевшего в русских белоэмигрантах, по оценке Гиацинтова, "белых рабов". В 1922 году он решается выйти в отставку и перебирается в Югославию, а затем - в Чехословакию, где оканчивает Русский Университет (в Праге), получив специальность инженера-химика. По этой специальности Гиацинтов трудится на химических заводах во Франции и Австрии вплоть до начала Второй Мировой войны.

Как я уже говорил, первый брак Гиацинтова распался. В то самое время, когда Эраст Николаевич бился с большевиками в рядах Добровольческой Армии, его супруга Софья Владимировна осталась в красной Москве, где быстро приобрела известность как актриса. В 1924 году супруги развелись (Софья Владимировна с этой целью специально приезжала в Прагу). В эмиграции Эраст Гиацинтов познакомился с Зоей Сергеевной Мартыновой, на которой в конце концов и женился. С этой женщиной он прожил до конца своих дней, она родила ему троих сыновей.



Эраст Гиацинтов с женой Зоей Сергеевной и сыном Кириллом.





В период гитлеровской оккупации Эраст Гиацинтов категорически отказался сотрудничать с нацистами. "Мы давали присягу России и царю, - говорил он, - и мы не меняемся". Трудясь на химическом заводе в австрийском Линце, он видел среди рабочих многочисленных советских и польских военнопленных, видел чудовищное отношение к ним со стороны гитлеровцев - и решительно воспротивился ему, потребовав от заводского начальства не лишать узников пищи и прекратить их избивать. Нацистское начальство решило было отправить строптивого русского эмигранта в концлагерь, но заступился его начальник, австриец Функе, выдавший Эрасту Николаевичу справку, что он является совершенно необходимым для завода специалистом. Первая жена Гиацинтова, Софья Владимировна, свидетельствовала, что лично встречала после войны людей, которым в гитлеровском плену спас жизнь её бывший муж.

С приходом в Линц американцев Гиацинтов, как человек, свободно владевший несколькими иностранными языками (в частности, немецким и французским), был привлечён ими как переводчик для работы в лагере военнопленных. Узнав, что советские органы СМЕРШ тайком проникают на контролируемую американцами территорию и похищают русских белоэмигрантов, которых потом тайком вешают в своих казармах, Гиацинтов с друзьями организовал переправку своих бывших соратников по врангелевской армии и их семей в безопасное место. Один раз СМЕРШевцы едва не похитили самого Гиацинтова: его подкараулили возле бара и попытались запихнуть в машину, но спасло заступничество американских жандармов.

Последние годы своей жизни Эраст Гиацинтов провёл с семьёй в США, в штате Нью-Йорк, где вёл активную церковную жизнь, являясь старостой местной православной церкви. Скончался этот герой Гражданской войны 18 января 1975 года. Похоронен в Джорданвилле, на кладбище Свято-Троицкого православного монастыря.

Tags: Белые, Великая Отечественная война, Второй Кубанский поход, Гражданская война, История Отечества, Марков и марковцы, Московская директива, Неизвестных героев не бывает, Эмиграция
Subscribe

Posts from This Journal “Марков и марковцы” Tag

promo mikhael_mark декабрь 26, 2019 12:52 8
Buy for 10 tokens
Как известно, одним из главных аргументов тех, кто категорически выступает против передачи храмовых зданий верующим, является ограниченность финансовых ресурсов у Церкви и отсутствие понимания "всей всемирно культурной ценности этих старинных памятников". В итоге, делается вывод,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments